Все узнали, что приехала барыня, и что Капитоныч пустил ее, и что она теперь в детской, а между тем барин всегда в девятом часу сам
заходит в детскую, и все понимали, что встреча супругов невозможна и что надо помешать ей.
Они
заходят в детскую. Общий дух детской очень не понравился Дарье Александровне. Видно было, что Анна, кормилица, нянька и ребенок не сжились вместе и что посещение матерью было дело необычное.
Когда я ложился спать, Зиночка, по обыкновению,
зашла в детскую узнать, не уснул ли я в одежде и молился ли богу. Я посмотрел на ее хорошенькое, счастливое лицо и ухмыльнулся. Тайна распирала меня и просилась наружу. Нужно было намекнуть и насладиться эффектом.
Неточные совпадения
Заходила ли речь о мертвецах, поднимающихся
в полночь из могил, или о жертвах, томящихся
в неволе у чудовища, или о медведе с деревянной ногой, который идет по селам и деревням отыскивать отрубленную у него натуральную ногу, — волосы ребенка трещали на голове от ужаса;
детское воображение то застывало, то кипело; он испытывал мучительный, сладко болезненный процесс; нервы напрягались, как струны.
Я ожидал, что Настенька, которая слушала меня, открыв свои умные глазки, захохочет всем своим
детским, неудержимо-веселым смехом, и уже раскаивался, что
зашел далеко, что напрасно рассказал то, что уже давно накипело
в моем сердце, о чем я мог говорить как по-писаному, потому что уже давно приготовил я над самим собой приговор, и теперь не удержался, чтоб не прочесть его, признаться, не ожидая, что меня поймут; но, к удивлению моему, она промолчала, погодя немного слегка пожала мне руку и с каким-то робким участием спросила:
Был декабрь месяц, мы с братом собирались ехать на святки домой. Однажды
в студенческой читальне просматриваю газету «Неделя». И вдруг
в конце,
в ответах редакции, читаю: «Петербург, Васильевский остров.
В.
В. С-вичу. Просим
зайти в редакцию». Это — мне. Месяц назад я послал туда небольшой рассказ из
детской жизни под заглавием «Мерзкий мальчишка».
Зашла в мою комнату, огляделась кругом с каким-то
детским удивлением и присела на стул, позабыв даже поздороваться с хозяином.
Об этих подарках и
зашла теперь речь: все находили, что подарки — прекрасный обычай, который оставляет
в детских умах самые теплые и поэтические воспоминания; но дядя мой, Орест Маркович Ватажков, человек необыкновенно выдержанный и благовоспитанный, вдруг горячо запротиворечил и стал настаивать, что все сюрпризы вредны и не должны иметь места при воспитании нигде, а тем паче
в России.