Лиза очутилась в довольно темной передней, из которой шло несколько тонких
дощатых дверей, оклеенных обоями. Одна дверь была отворена, и в ней виднелась кухня.
Легкие удары тоненького женского пальца в
дощатую дверь причиняли ей такое несносное мучение, которое можно сравнить только с тем, как если бы начали ее бить по голове железными молотами.
Родильница была жена деревенского учителя, а пока мы по локоть в крови и по глаза в поту при свете лампы бились с Пелагеей Ивановной над поворотом, слышно было, как за
дощатой дверью стонал и мотался по черной половине избы муж.
Беззвучно и жарко было на этой площадке, где пахло теплыми старыми бревнами наружной стены. Только подальше за
дощатой дверью, приходившейся посредине галерейки, жужжал шмель.
Там рушится кровля, стучит топор по крепкому дереву, и выламывают
дощатую дверь; тут загораются стог сена, забор, сакля, и густой дым столбом подымается по ясному воздуху.
Неточные совпадения
Рядом с воротами стояло низенькое каменное здание без окон, с одной
дверью на двор. Это — морг. Его звали «часовня». Он редко пустовал. То и дело сюда привозили трупы, поднятые на улице, или жертвы преступлений. Их отправляли для судебно-медицинского вскрытия в анатомический театр или, по заключению судебных властей, отдавали родственникам для похорон. Бесприютных и беспаспортных отпевали тут же и везли на дрогах, в
дощатых гробах на кладбище.
Дело происходило в большой беседке, в конце сада: это был настоящий
дощатый домик, выкрашенный в зеленую краску, с железною крышею, с тремя окнами и
дверью.
Во флигеле мы нашли переднюю с раскрытыми
дверями и большую половину гостиной, уставленную рядами стульев, тогда как меньшая половина комнаты, упирающаяся в глухую стену, была завешена простынями, из-под нижнего конца которых виднелись
дощатые подмостки.
В зале третьего класса и на перроне царил ужас. Станция была узловая, и всегда, даже ночью, были ожидающие поездов, — теперь все это бестолково металось, лезло в
двери, топталось по
дощатой платформе. Голосили бабы и откуда-то взявшиеся дети. В стороне первого класса и помещения жандармов трещали выстрелы. Саша, несколько шагов пробежавший рядом с незнакомым мужиком, остановился и коротко крикнул Колесникову:
Хатина имела три окна, и все они в ряд выходили на упомянутую навозную кучу, или, лучше сказать, навозный холм. При хате имелись
дощатые сени, над
дверями которых новые наемщики тотчас же по водворении водрузили небольшой медный литой крест из тех, что называют «корсунчиками».