Неточные совпадения
Рациборский подошел к приставленному у стены
шкафу красного дерева и не повернул, а подавил внутрь вложенный в
двери ключ.
Шкаф открылся и показал другую
дверь, которую Рациборский отпер, потянув ключ на себя.
Розанов отодвинул занавеску, потом отворил
дверь, за нею другую
дверь и вышел из
шкафа в чистенькую каморочку, где стояла опрятная постель слуги и буфетный
шкаф.
Доктор молча прошел в свой кабинет и наутро распорядился только заставить
шкафом одни
двери, чтобы таким образом разделить свою квартиру на две как бы отдельные половины.
Когда Агафья Матвеевна внезапно отворит
дверь шкафа, исполненного всех этих принадлежностей, то сама не устоит против букета всех наркотических запахов и на первых порах на минуту отворотит лицо в сторону.
Вышли в коридор, остановились в углу около большого шкафа, высоко в стене было вырезано квадратное окно, из него на
двери шкафа падал свет и отчетливо был слышен голос Ловцова:
Вошел. Широкая, несмятая кровать. Зеркало. Еще зеркало в
двери шкафа, и в замочной скважине там — ключ со старинным кольцом. И никого.
Там стукнула
дверь шкафа, шуршал шелк, я с трудом удерживался, чтобы не пойти туда, и — точно не помню: вероятно, хотелось наговорить ей очень резких вещей.
Неточные совпадения
Взобравшись узенькою деревянною лестницею наверх, в широкие сени, он встретил отворявшуюся со скрипом
дверь и толстую старуху в пестрых ситцах, проговорившую: «Сюда пожалуйте!» В комнате попались всё старые приятели, попадающиеся всякому в небольших деревянных трактирах, каких немало выстроено по дорогам, а именно: заиндевевший самовар, выскобленные гладко сосновые стены, трехугольный
шкаф с чайниками и чашками в углу, фарфоровые вызолоченные яички пред образами, висевшие на голубых и красных ленточках, окотившаяся недавно кошка, зеркало, показывавшее вместо двух четыре глаза, а вместо лица какую-то лепешку; наконец натыканные пучками душистые травы и гвоздики у образов, высохшие до такой степени, что желавший понюхать их только чихал и больше ничего.
В передней не дали даже и опомниться ему. «Ступайте! вас князь уже ждет», — сказал дежурный чиновник. Перед ним, как в тумане, мелькнула передняя с курьерами, принимавшими пакеты, потом зала, через которую он прошел, думая только: «Вот как схватит, да без суда, без всего, прямо в Сибирь!» Сердце его забилось с такой силою, с какой не бьется даже у наиревнивейшего любовника. Наконец растворилась пред ним
дверь: предстал кабинет, с портфелями,
шкафами и книгами, и князь гневный, как сам гнев.
Ореховая
дверь резного
шкафа отворилась сама собою.
Он долго ходил по всему длинному и узкому коридору, не находя никого, и хотел уже громко кликнуть, как вдруг в темном углу, между старым
шкафом и
дверью, разглядел какой-то странный предмет, что-то будто бы живое.
Но только Обломов ожил, только появилась у него добрая улыбка, только он начал смотреть на нее по-прежнему ласково, заглядывать к ней в
дверь и шутить — она опять пополнела, опять хозяйство ее пошло живо, бодро, весело, с маленьким оригинальным оттенком: бывало, она движется целый день, как хорошо устроенная машина, стройно, правильно, ходит плавно, говорит ни тихо, ни громко, намелет кофе, наколет сахару, просеет что-нибудь, сядет за шитье, игла у ней ходит мерно, как часовая стрелка; потом она встанет, не суетясь; там остановится на полдороге в кухню, отворит
шкаф, вынет что-нибудь, отнесет — все, как машина.