Неточные совпадения
— Ну, с Богом, управляйся да приходи
чай пить. Пойдемте, детки.
— Да. Это я тебе все берегла: возьми ее теперь. Ну, идите
чай пить.
Девушки, утомленные шестидневной дорогой, очень рады
были мягкой постельке и не хотели
чаю. Сестра Феоктиста налила им по второй чашке, но эти чашки стояли нетронутые и стыли на столике.
Ему подали
чай, но он не мог поднять руки, и старуха
поила его с блюдца.
Исправнику лошадиную кладь закатил и сказал, что если он завтра не поедет, то я еду к другому телу; бабу записал умершею от апоплексического удара, а фельдшеру дал записочку к городничему, чтобы тот с ним позанялся; эскадронному командиру сказал: «убирайтесь, ваше благородие, к черту, я ваших мошенничеств прикрывать не намерен», и написал, что следовало; волка посоветовал исправнику казнить по полевому военному положению, а от Ольги Александровны, взволнованной каретою немца Ицки Готлибовича Абрамзона, ушел к вам
чай пить.
— Они тоже обе не спали. Садитесь-ка, вот
пейте пока
чай, Бог даст все обойдется. Только другой раз не пугай так мать.
Оба окна в комнате у Ольги Сергеевны
были занавешены зелеными шерстяными занавесками, и только в одном уголок занавески
был приподнят и приколот булавкой. В комнате
был полусвет. Ольга Сергеевна с несколько расстроенным лицом лежала в кровати. Возле ее подушек стоял кругленький столик с баночками, пузыречками и чашкою недопитого
чаю. В ногах, держась обеими руками за кровать, стояла Лиза. Глаза у нее
были заплаканы и ноздерки раздувались.
— Ну, об этом
будем рассуждать после, а теперь я за вами послала, чтобы вы как-нибудь достали мне хоть рюмку теплого вина, горячего
чаю, хоть чего-нибудь, чего-нибудь. Я иззябла, совсем иззябла, я больна, я замерзала в поле… и даже обморозилась… Я вам хотела написать об этом, да… да не могла… руки вот насилу оттерли снегом… да и ни бумаги, ничего нет… а люди всё переврут…
— Нет, я здесь останусь. Я напьюсь
чаю, вина
выпью, оденусь шубой и велю всю ночь топить — ничего и здесь. Эта комната скоро согреется.
Доктор урезонил Лизавету Егоровну: ее привели в теплую комнатку конторщика,
напоили горячим
чаем с вином, птичница вытерла ее спиртом и уложила на конторщикову постель, покрытую чистою простынею.
В одиннадцать часов довольно ненастного зимнего дня, наступившего за бурною ночью, в которую Лиза так неожиданно появилась в Мереве, в бахаревской сельской конторе, на том самом месте, на котором ночью спал доктор Розанов, теперь весело кипел не совсем чистый самовар. Около самовара стояли четыре чайные чашки, чайник с обделанным в олово носиком, молочный кубан с несколько замерзшим сверху настоем, бумажные сверточки
чаю и сахару и связка баранок. Далее еще что-то
было завязано в салфетке.
И доктор, и Лиза
были очень в духе. Напившись
чаю, Розанов стал прощаться.
Всегда они
пили утренний
чай вместе, поспоривая кое о чем, кое о чем советуясь, кое над чем подтрунивая.
Вечером, в половине восьмого часа, Розанов
выпил наскоро стакан
чаю, вышел из дома, сторговал извозчика на Мясницкую и поехал.
Бахаревых доктор застал за утренним
чаем и заметил, что все они, кроме Лизы,
были необыкновенно веселы.
В углу, между соседнею дверью и круглою железною печкою, стояла узкая деревянная кроватка, закрытая стеганым бумажным одеялом; развернутый ломберный стол, на котором валялись книги, листы бумаги, высыпанный на бумагу табак, половина булки и тарелка колотого сахару со сверточком
чаю; три стула, одно кресло с засаленной спинкой и ветхая этажерка, на которой опять
были книги, бумаги, картузик табаку, человеческий череп, акушерские щипцы, колба, стеклянный сифон и лакированный пояс с бронзовою пряжкой.
У Варвары Алексеевны
было десять или двенадцать каморочек, весьма небольших, но довольно чистеньких, сухих, теплых и светлых; да и сама Варвара Алексеевна
была женщина весьма теплая и весьма честная: обращалась с своими квартирантками весьма ласково, охраняла их от всяких обид; брала с них по двенадцати рублей со всем: со столом,
чаем и квартирой и вдобавок нередко еще «обжидала» деньжонки.
Розанов отказался
есть. Горничная убрала со стола и подала самовар. Розанов не стал
пить и
чаю. Внутреннее состояние его делалось с минуты на минуту тревожнее. «Где они странствуют? Где мычется это несчастное дитя?» — раздумывал он, чувствуя, что его оставляет не только внутренняя твердость, но даже и физические силы.
Бертольди налила две чашки
чаю и подала одну Лизе, а другую
выпила сама и непосредственно затем налила другую.
Инстинктивно она
выпила остывшую чашку
чаю и начала ходить взад и вперед по комнате.
Райнер рано утром,
выпив наскоро стакан молока, убегал на свои уроки, а в квартире его только около полудня начиналось вставанье, или, правильнее, просыпанье и питье
чая.
Евгения Петровна показала старухе детей, квартиру и, наконец, стала
поить ее
чаем.
— Бахарева может наливать
чай, — говорил он, сделав это предложение в обыкновенном заседании и стараясь, таким образом, упрочить самую легкую обязанность за Лизою, которой он стал не в шутку бояться. — Я
буду месть комнаты, накрывать на стол, а подавать блюда
будет Бертольди, или нет, лучше эту обязанность взять Прорвичу. Бертольди нет нужды часто ходить из дому — она пусть возьмет на себя отпирать двери.
Самой madame Мечниковой ничего на этот счет не приходило в голову, но Бертольди один раз, сидя дома за вечерним
чаем, нашла в книжке, взятой ею у Агаты, клочок почтовой бумажки, на которой
было сначала написано женскою рукою: «Я хотя и не намерена делать вас своим оброчником и ни в чем вас не упрекаю, потому что во всем виновата сама, но меня очень обижают ваши ко мне отношения.
В сенях, за вытащенным из избы столиком, сидел известный нам старый трубач и
пил из медного чайника кипяток, взогретый на остатках спирта командирского
чая; в углу, на куче мелких сосновых ветвей, спали два повстанца, состоящие на ординарцах у командира отряда, а задом к ним с стеариновым огарочком в руках, дрожа и беспрестанно озираясь, стоял сам стражник.
Лиза попробовала
было сказать, что она не хочет
чаю и не выйдет, но первый звук ее собственного голоса действовал на нее так же раздражающе, как и чужой.
Неточные совпадения
Богат, хорош собою, Ленский // Везде
был принят как жених; // Таков обычай деревенский; // Все дочек прочили своих // За полурусского соседа; // Взойдет ли он, тотчас беседа // Заводит слово стороной // О скуке жизни холостой; // Зовут соседа к самовару, // А Дуня разливает
чай, // Ей шепчут: «Дуня, примечай!» // Потом приносят и гитару; // И запищит она (Бог мой!): // Приди в чертог ко мне златой!..
Тут
был на эпиграммы падкий, // На всё сердитый господин: // На
чай хозяйский слишком сладкий, // На плоскость дам, на тон мужчин, // На толки про роман туманный, // На вензель, двум сестрицам данный, // На ложь журналов, на войну, // На снег и на свою жену. //……………………………………
Но муж любил ее сердечно, // В ее затеи не входил, // Во всем ей веровал беспечно, // А сам в халате
ел и
пил; // Покойно жизнь его катилась; // Под вечер иногда сходилась // Соседей добрая семья, // Нецеремонные друзья, // И потужить, и позлословить, // И посмеяться кой о чем. // Проходит время; между тем // Прикажут Ольге
чай готовить, // Там ужин, там и спать пора, // И гости едут со двора.
— Вот какая просьба: у тебя
есть,
чай, много умерших крестьян, которые еще не вычеркнуты из ревизии?
Он думал о благополучии дружеской жизни, о том, как бы хорошо
было жить с другом на берегу какой-нибудь реки, потом чрез эту реку начал строиться у него мост, потом огромнейший дом с таким высоким бельведером, [Бельведер — буквально: прекрасный вид; здесь: башня на здании.] что можно оттуда видеть даже Москву и там
пить вечером
чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах.