Неточные совпадения
— Der Teufel! [Черт! (нем.).] — произнес страсбургский sous-lieutenant и
велел взять
ребенка.
— Как же! Капустой больных кормит, у женщины молока нет, а он кормить
ребенка велит, да и лечи, говорит.
—
Дети! — произнес генерал и после некоторой паузы начал опять: — А вы вот что, господин доктор! Вы их там более или менее знаете и всех их поопытнее, так вы должны
вести себя честно, а не хромать на оба колена. Говорите им прямо в глаза правду, пользуйтесь вашим положением… На вашей совести будет, если вы им не воспользуетесь.
Вскоре после этого разговора госпожа Мечникова вышла у своей квартиры из извозчичьей кареты и
повела на черную, облитую зловонными помоями лестницу молодое семнадцатилетнее
дитя в легком беленьком платьице и с гладко причесанной русой головкой.
— Ну разве можно описывать, как
ребенок, сидя на полу, невежливо
ведет себя, пока мать разрядится? Ну что же тут художественного и что тут гражданского?
— A она премилая в сущности, только слабая, бесхарактерная, и не умеет
вести детей, — подумала молодая девушка, укладываясь в свою жесткую, остывшую в плохо протопленной комнате постель и с удовольствием протягиваясь на жестком ложе.
Возвратившийся в эту пору Фалалей тоже слышал сказанные Тениею слова, и когда шатерщики, получив свою плату, ушли в город, а Пуплия
повела детей, чтобы вымыть их в пресной воде пенистым греческим мылом и потом уложить их спать в новом просторном шатре, корабельщик сказал жене:
Неточные совпадения
Анна Андреевна. Ну что ты? к чему? зачем? Что за ветреность такая! Вдруг вбежала, как угорелая кошка. Ну что ты нашла такого удивительного? Ну что тебе вздумалось? Право, как
дитя какое-нибудь трехлетнее. Не похоже, не похоже, совершенно не похоже на то, чтобы ей было восемнадцать лет. Я не знаю, когда ты будешь благоразумнее, когда ты будешь
вести себя, как прилично благовоспитанной девице; когда ты будешь знать, что такое хорошие правила и солидность в поступках.
А князь опять больнехонек… // Чтоб только время выиграть, // Придумать: как тут быть, // Которая-то барыня // (Должно быть, белокурая: // Она ему, сердечному, // Слыхал я, терла щеткою // В то время левый бок) // Возьми и брякни барину, // Что мужиков помещикам //
Велели воротить! // Поверил! Проще малого //
Ребенка стал старинушка, // Как паралич расшиб! // Заплакал! пред иконами // Со всей семьею молится, //
Велит служить молебствие, // Звонить в колокола!
— Для чего же ты не позволил мне кормить, когда я умоляла об этом? Всё равно (Алексей Александрович понял, что значило это «всё равно»), она
ребенок, и его уморят. — Она позвонила и
велела принести
ребенка. — Я просила кормить, мне не позволили, а теперь меня же упрекают.
— Да втрое больше везут, чем телега. Так ехать за
детьми? Я
велел закладывать.
Левину досадно было и на Степана Аркадьича за то, что по его беспечности не он, а мать занималась наблюдением за преподаванием, в котором она ничего не понимала, и на учителей за то, что они так дурно учат
детей; но свояченице он обещался
вести учение, как она этого хотела.