Глафира улыбнулась и пожала плечами, — Висленев тоже улыбался: дела его, как мы видим, были нехороши, но он был уверен, что в его положении
начинает действовать какое-то облегчающее обстоятельство, — его в этом убеждало его предчувствие, и он не ошибался: Глафира Васильевна не хотела его покинуть, ибо приближались уже лукавые дни, когда волокнистый Borné спиритских собраний Парижа должен был совершить на родине разбойничьи дела, к которым он давно предназначался…
Неточные совпадения
Дело должен был
начать Кишенский, ему одному известными способами, или по крайней мере способами, о которых другие как будто не хотели и знать. Тихон Ларионович и не медлил: он завел пружину, но она, сверх всякого чаяния, не
действовала так долго, что Горданов уже
начал смущаться и хотел напрямик сказать Кишенскому, что не надо ли повторить?
— Теперь, — сказала она, — мы можем
действовать смело, никакие отсрочки нам больше не нужны и никто нам не страшен: Синтянин безвластен; его жена замарана интригой с тобою: фотография, которую ты прислал мне, сослужит нам свою службу; Форов и Евангел причастны к делу о волнении крестьян; Висленев сумасшедший; Подозеров зачеркнут вовсе. Остается одно: чтобы нам не мешал Кюлевейн. С него надо
начать.
— Не понимаю. Может быть, это — признак, что уже «кончен бой» и
начали действовать мародеры, а возможно, что революция еще не истратила всех своих сил. Тебе — лучше знать, — заключила она, улыбаясь.
Неточные совпадения
Странное дело! оттого ли, что честолюбие уже так сильно было в них возбуждено; оттого ли, что в самых глазах необыкновенного наставника было что-то говорящее юноше: вперед! — это слово, производящее такие чудеса над русским человеком, — то ли, другое ли, но юноша с самого
начала искал только трудностей, алча
действовать только там, где трудно, где нужно было показать бóльшую силу души.
Войдя в кабинет с записками в руке и с приготовленной речью в голове, он намеревался красноречиво изложить перед папа все несправедливости, претерпенные им в нашем доме; но когда он
начал говорить тем же трогательным голосом и с теми же чувствительными интонациями, с которыми он обыкновенно диктовал нам, его красноречие
подействовало сильнее всего на него самого; так что, дойдя до того места, в котором он говорил: «как ни грустно мне будет расстаться с детьми», он совсем сбился, голос его задрожал, и он принужден был достать из кармана клетчатый платок.
Толстяк подошел к столу, сел, раскрыл книгу, достал счеты и
начал откидывать и прикидывать костяшки,
действуя не указательным, но третьим пальцем правой руки: оно приличнее.
Мелко шагали мальчики и девочки в однообразных пепельно-серых костюмах, должно быть сиротский приют, шли почтальоны, носильщики с вокзала, сиделки какой-то больницы, чиновники таможни, солдаты без оружия, и чем дальше двигалась толпа, тем очевиднее было, что в ее хвосте уже
действовало начало, организующее стихию. С полной очевидностью оно выявилось в отряде конной полиции.
Он был сильно пьян, покачивался, руки его
действовали неверно, ветка не отрывалась, — тогда он стал вытаскивать саблю из ножен. Самгин встал со стула, сообразив, что, если воин
начнет пилить или рубить лавр… Самгин поспешно шагнул прочь, остановился у окна.