Неточные совпадения
Висленев никогда никому не
говорил настоящей причины, почему он женился на Алине Фигуриной, и был твердо уверен, что секретную историю
о его рукописном аманате знает только он да его
жена, которой он никому не хотел выдать с ее гнусною историей, а нес все на себе, уверяя всех и каждого, что он женился из принципа, чтоб освободить Алину от родительской власти, но теперь, в эту минуту озлобления, Горданову показалось, что Иосаф Платонович готов сделать его поверенным
своей тайны, и потому Павел Николаевич, желавший держать себя от всего этого в стороне, быстро зажал себе обеими руками уши и сказал...
В первом из них Бодростин опять извинялся пред
женой, что он ей за недосугом не пишет;
говорил о своих обширных и выгодных торговых предприятиях, которые должны его обогатить и, наконец, удивлялся
жене, чего она сидит в Париже и еще, вдобавок, в этом отвратительном квартале гризет и студентов.
— Можете
говорить, что вам угодно, а всякий борется за существование, как он умеет, — отвечал, обижаясь, Жозеф. — Я за границей, при иностранных законах
о праве женщины не трусил, и никогда бы не струсил, и не побоялся моей
жены, будь я ей хоть даже вдесятеро более должен, но когда мы въезжаем в Россию, где на стороне женщин законы, тут… я, как мужчина, обязан сберечь
свою свободу от жениной власти; да-с, я это обязан!
Он хорошо сознавал, что в этом письме Владимир Петрович непременно будет
говорить о своей жене, своей семейной жизни и этим до невыносимой боли будет бередить его сердечную рану, но бывают состояния души, когда подобное самоистязание составляет своего рода наслаждение.
Неточные совпадения
Сколько раз во время
своей восьмилетней счастливой жизни с
женой, глядя на чужих неверных
жен и обманутых мужей,
говорил себе Алексей Александрович: «как допустить до этого? как не развязать этого безобразного положения?» Но теперь, когда беда пала на его голову, он не только не думал
о том, как развязать это положение, но вовсе не хотел знать его, не хотел знать именно потому, что оно было слишком ужасно, слишком неестественно.
Со времени того разговора после вечера у княгини Тверской он никогда не
говорил с Анною
о своих подозрениях и ревности, и тот его обычный тон представления кого-то был как нельзя более удобен для его теперешних отношений к
жене.
Степан Аркадьич с тем несколько торжественным лицом, с которым он садился в председательское кресло в
своем присутствии, вошел в кабинет Алексея Александровича. Алексей Александрович, заложив руки за спину, ходил по комнате и думал
о том же,
о чем Степан Аркадьич
говорил с его
женою.
— Я тебе
говорю, чтò я думаю, — сказал Степан Аркадьич улыбаясь. — Но я тебе больше скажу: моя
жена — удивительнейшая женщина…. — Степан Аркадьич вздохнул, вспомнив
о своих отношениях с
женою, и, помолчав с минуту, продолжал: — У нее есть дар предвидения. Она насквозь видит людей; но этого мало, — она знает, чтò будет, особенно по части браков. Она, например, предсказала, что Шаховская выйдет за Брентельна. Никто этому верить не хотел, а так вышло. И она — на твоей стороне.
Воспоминание
о жене, которая так много была виновата пред ним и пред которою он был так свят, как справедливо
говорила ему графиня Лидия Ивановна, не должно было бы смущать его; но он не был спокоен: он не мог понимать книги, которую он читал, не мог отогнать мучительных воспоминаний
о своих отношениях к ней,
о тех ошибках, которые он, как ему теперь казалось, сделал относительно ее.