Неточные совпадения
Желание окончить с моим существованием
минутами было во мне так сильно, что я даже рада была бы
смерти, и потому, когда муж хотел убить меня, я, не укрощая его бешенства, скрестила на груди руки и стала пред пистолетом, который он взял
в своем азарте.
В те самые
минуты, когда приговоренный Нероном к
смерти эпикуреец Люций шутит, разделяющий судьбу его стоик Сенека говорит: «
В час
смерти шутки неприличны,
смерть — шаг великий, и есть смысл
в Платоновском ученьи, что
смерть есть миг перерожденья», но оба они умирают со своими взглядами на
смерть, и нет свидетельств, кто из них более прав был
в своих воззрениях.
Со времени слишком грозных для него и слишком ясно высказанных слов Свидригайлова, в квартире у Сони,
в минуту смерти Катерины Ивановны, как бы нарушилось обыкновенное течение его мыслей.
Для умирающего человека раскрывается что-то
в минуту смерти. «Ах, так вот что!» — говорит почти всегда выражение лица умирающего. Мы же, остающиеся, не можем видеть того, что раскрылось ему. Для нас раскроется после, в свое время.
В нумерах некоей Либкнехт умер некоторый миллионер, при котором,
в минуту смерти, не было ни родных, ни знакомых — словом, никого из тех близких и дорогих сердцу людей, присутствие которых облегчает человеку переход в лучшую жизнь.
Когда же Вечный воззовет меня к себе, последняя молитва моя, чтобы
в минуты смерти просияло надо мною прежнее, знакомое небо моей юности и рука единственного земного друга захватила на сердце последнюю искру жизни, этот последний завет ему любви моей.
Неточные совпадения
Впрочем,
в эти два-три дня после
смерти Катерины Ивановны он уже раза два встречался с Свидригайловым, всегда почти
в квартире у Сони, куда он заходил как-то без цели, но всегда почти на
минуту.
С полгода по
смерти Обломова жила она с Анисьей и Захаром
в дому, убиваясь горем. Она проторила тропинку к могиле мужа и выплакала все глаза, почти ничего не ела, не пила, питалась только чаем и часто по ночам не смыкала глаз и истомилась совсем. Она никогда никому не жаловалась и, кажется, чем более отодвигалась от
минуты разлуки, тем больше уходила
в себя,
в свою печаль, и замыкалась от всех, даже от Анисьи. Никто не знал, каково у ней на душе.
Никто не видал последних его
минут, не слыхал предсмертного стона. Апоплексический удар повторился еще раз, спустя год, и опять миновал благополучно: только Илья Ильич стал бледен, слаб, мало ел, мало стал выходить
в садик и становился все молчаливее и задумчивее, иногда даже плакал. Он предчувствовал близкую
смерть и боялся ее.
— Ни туман, ни грусть, ни болезнь, ни… даже
смерть! — шептала она восторженно, опять счастливая, успокоенная, веселая. Никогда, казалось ей, не любила она его так страстно, как
в эту
минуту.
— Если правда, что
в минуту страданий и близости
смерти она искренно раскаивается, и я, приняв это за обман, откажусь приехать?