Неточные совпадения
— Что может быть этого лучше, — говорил он, — как встретить утро
молитвою к Богу, днем послужить царю, а вечер
провести в образованном и честном семейном доме. Вас, мой юный друг, сюда привел Божий перст, а я всегда рад это видеть и позаботиться о таком благонравном молодом человеке.
Весь следующий день Саша
провела в молитве тревожной и жаркой: она не умела молиться тихо и в спокойствии; а на другой, на третий, на четвертый день она много ходила, гуляла, думала и наконец в сумерки пятого дня вошла в залу, где сидел ее отец, и сказала ему:
Я, владыка и брат их, старец, глядящий в гроб, вместо того, чтобы последние дни жизни моей
провести в молитве и изготовиться ко дню предстоящего нам всем Страшного суда, — я таскаюсь по чужим землям, где на каждом шагу или встречают меня соблазны, укоризны и оскорбления, или готовится мне насильственная смерть.
Неточные совпадения
Он взглянул на Веру: она не шевелилась
в своей
молитве и не
сводила глаз с креста.
Боец без устали и отдыха, он бил и колол, нападал и преследовал, осыпал остротами и цитатами, пугал и
заводил в лес, откуда без
молитвы выйти нельзя, — словом, кого за убеждение — убеждение прочь, кого за логику — логика прочь.
Во время «Соловецкого сиденья», когда царский воевода Мещеринов обложил возмутившихся старообрядцев
в монастыре Зосимы и Савватия и не выпускал оттуда никого, древний старец инок-схимник Арсений дни и ночи
проводил на
молитве перед иконой Казанской Богородицы.
Проводя игуменью, все стали вокруг столов. Казначея мать Таифа, как старейшая, заняла место настоятельницы. Подали
в чашках кушанье, Таифа ударила
в кандию, прочитали
молитву перед трапезой, сели и стали обедать
в строгом молчании. Только один резкий голос канонницы, нараспев читавшей житие преподобного Ефрема Сирина, уныло раздавался
в келарне.
Посадив Вязмитинову, Розанов вошел за ширмы. Лиза лежала навзничь, закинув назад голову, зубы ее были стиснуты, а посиневшие губы открыты. На неподвижной груди ее лежал развернутый платочек Абрамовны с тремя восковыми свечечками, четвертая тихо теплилась
в замершей руке Лизы. Абрамовна, наклонив голову, шептала
молитву и
заводила веками остановившиеся глаза Лизы.