Неточные совпадения
Девушка посмотрела на него искоса и решилась ему помочь. Она взяла у него из рук пальто, но едва лишь он начал вздевать его в рукава, как она бросила пальто на пол и исчезла за вешалкой, где была маленькая
дверь в каютку, служившую ей помещением. Из этой каютки на парадную лестницу выходило маленькое
зеркальное окошечко, затянутое голубою тафтой.
Постепенно, как фотографический снимок в проявителе, выступило ее лицо: щеки, белая полоска зубов, губы. Встала, подошла к
зеркальной двери шкафа.
А французика моего все нет как нет, из-за этих
зеркальных дверей, а мне видно, как по той стороне улицы, по противоположному тротуару, все квартальный ходит…
Я вскочил, не дожидаясь звонка, и забегал по комнате. Моя математика — до сих пор единственный прочный и незыблемый остров во всей моей свихнувшейся жизни — тоже оторвалась, поплыла, закружилась. Что же, значит, эта нелепая «душа» — так же реальна, как моя юнифа, как мои сапоги — хотя я их и не вижу сейчас (они за
зеркальной дверью шкафа)? И если сапоги не болезнь — почему же «душа» болезнь?
Все-таки встал, открыл — и вдруг за
зеркальной дверью, выпутываясь из платья, вся розовая — I.
Неточные совпадения
Дом большой, каменный, в два яруса, с
зеркальными стеклами в окнах, густо уставленных цветами, с резными дубовыми
дверями подъезда.
Осмотрелся я и вижу налево еще две
двери, обе циновкой обиты, и над ними опять этакие подсвечники с
зеркальными звездочками.
В начале одной из улиц, прилегающих к Невскому проспекту от Знаменской площади до Аничкова моста, находился вновь открытый магазин, с двумя
зеркальными окнами, на одном из которых стоял манекен дамы в прекрасном платье, а на другом — такой же манекен в верхнем модном пальто. В амбразуре окон приделаны были медные крюки, на которых были развешены дамские шляпы. Над
дверью магазина красовалась вывеска, гласившая: «Дамские наряды. М-м Софи».
Это была прелестная комнатка, вся светло-голубая. Стены были обиты голубым атласом, низенькая мебель, кушетка, диванчики, креслица, пуфы такого же цвета составляли меблировку этой комнаты-бомбоньерки, с одноцветными шелковыми занавесями и портьерами на окнах и
дверях. Небольшой черного дерева, резной письменный стол и три этажерки были полны всевозможных безделушек, а два
зеркальные шкафа дополняли убранство.
Ночь была темная, и только освещали улицу огоньки, светившиеся кое-где в окнах. Фабрика темнела черным остовом, а высокая железная труба походила на корабельную мачту. Издали еще волчьим глазом глянул Ермошкин кабак: у его
двери горела лампа с
зеркальным рефлектором. Темные фигуры входили и выходили, а в открывшуюся
дверь вырывалась смешанная струя пьяного галденья.