Перегуд покидал чулок и рисовал, и вырезывал из бумаги огромные глаголицкие буквы: он будет ими отражать прямо на небо то, про что восшумит глас, вопиющий в пустыне: «Готовьте путь! Готовьте путь!» Уж слышен росный дух, и как только держащий состав вод отворит бездну, тогда сейчас твердый лед станет жидкой влагою и освежает все естество и деревья дубравные, и возгремит божие страшное великолепие!
Дубравный покой и дубравный шум, беспрерывное жужжание мух, пчел, шмелей… и запах… этот травяно-лесной запах, насыщенный растительными испарениями, листом, а не цветами… которого я так жадно искал и в Италии, и в Англии, и весной, и жарким летом и почти никогда не находил.
Брызнул Ярило на камни молоньей, облил палючим взором деревья дубравные. И сказал Матери-Сырой Земле: «Вот я разлил огонь по камням и деревьям. Я сам в том огне. Своим умом-разумом человек дойдет, как из дерева и камня свет и тепло брать. Тот огонь — дар мой любимому сыну. Всей живой твари будет на страх и ужас, ему одному на службу».
Мне рок судил: брести неведомой стезей, Быть другом мирных сел, любить красы природы, Дышать под сумраком дубравной тишиной И, взор склонив на пенны воды...
В начале мая в тенистых местечках зацветают букетики нежных белых цветов ветреницы дубравной, хохлатки, а чуть позже распустятся лиловые цветочки фиалки.
Но увидеть цветы вероники дубравной можно только в ясную погоду – перед ненастьем они скручиваются и как бы исчезают.
В начале мая в тенистых местечках зацветают букетики нежных белых цветов ветреницы дубравной, хохлатки, а чуть позже распустятся лиловые цветочки фиалки.
Травы лиственного леса обладают крупными листовыми пластинками, а потому называются дубравным широкотравьем.