Неточные совпадения
Услыхав этот разговор, я начал припоминать, как это
было, — и действительно вспомнил, что передо мною неслось что-то легкое, тонкое и прекрасное: оно тянуло меня за собою, или мне только казалось, что оно меня тянет, но я бросился к нему и… очутился в описанном
положении, между небом и землею, откуда и начинался ряд моих воспоминаний.
Плохой, богадельный вид полка должен
был произвесть самое дурное впечатление, а никаких надежд нельзя
было возлагать на то, что осматривающее лицо войдет в разбор причин, поставивших полк в такое
положение.
Нам необыкновенно отрадно
было чувствовать себя «пострадавшими за благородное товарищеское дело», а к тому же и в
положении, в которое мы попали,
было столько разнообразия!
Я начал размышлять: какова может
быть жизнь моей матери в этом
положении и как ее должно поразить мое появление?
Многим вино
было еще не по вкусу, и нашлось между нами немало таких, которые и вовсе не могли его
пить, но
положение дел
было таково, что стало нужно приучаться.
Положение было трудное, и оно еще усложнялось тем, что когда мы явились в дом — до нашего слуха долетели звуки вальса, и сквозь неплотно притворенные двери передней, где мы стояли, ожидая Волосатина, видны
были мелькающие пары.
Я просил сестру Волосатина обдумать мое ужасное
положение и применить ее нежность — если не ко мне, то по крайней мере к ее брату, моему товарищу, который по его летам и неопытности мог подвергнуться тем же искушениям, какими
был искушен и я, и потом мог подпасть под те же муки раскаяния, какими я страдаю.
Это так и
было: благодетельная особа эта, встретившая и приветствовавшая меня в моем затруднительном
положении посреди комнаты,
была та самая Агата, о доброте которой говорила maman.
Очутясь на тихих, озаренных луною улицах, я вздохнул полною грудью — и, глядя на открытую моим глазам с полугоры грандиозную местность Старого Киева, почувствовал, что все это добро зело… но не в том
положении, в котором я
был и к которому готовился.
Альтанскнй
был ученый бурсак, матушка — просвещенная баронесса; эта разница лежала между ними всегда при всем видимом сходстве их убеждений и при несомненном друг к другу уважении. Старый ученый считал мою мать женщиною, выходящею далеко вон из ряда, но… все-таки иногда давал ей свои рифмованные ответы, смысл которых обозначал, что он считает то или другое ее
положение не достойным ответа более серьезного.
Это
были общие характеристики, но вслед за тем Пенькновский появлялся к нам от времени до времени, никем не прошенный, сообщал нам скандалы и частного свойства, между которыми иные
были весьма возмутительны и представляли
положение Сержа очень жалким; но сам Серж, кажется, никому ни на что не жаловался и тщательно скрывал от всех свое горе.
Итак, он уехал в Петербург, а мы придвинулись к Христе, которая
была очень спокойна и даже как бы довольна, что осталась одна, — обстоятельство, которое меня еще сильнее навело на мысль, что Христя только бодрится, а в существе очень страдает от невыносимой тяжести
положения, которое себе устроила, очертя ум и волю.
Мы по этому случаю так много смеялись и
были так веселы, что и не думали ни о
положении Христи, ни о том, что над самими над нами, может
быть, тоже висит какая-нибудь внезапность, способная переконфузнть нас более, чем замужество одной старухи сконфузило Пенькновского и в то же время дало ему счастливую мысль самому скорее жениться на другой.
— Но представьте же, Анна Григорьевна, каково мое
было положение, когда я услышала это. «И теперь, — говорит Коробочка, — я не знаю, говорит, что мне делать. Заставил, говорит, подписать меня какую-то фальшивую бумагу, бросил пятнадцать рублей ассигнациями; я, говорит, неопытная беспомощная вдова, я ничего не знаю…» Так вот происшествия! Но только если бы вы могли сколько-нибудь себе представить, как я вся перетревожилась.
Неточные совпадения
Но в продолжение того, как он сидел в жестких своих креслах, тревожимый мыслями и бессонницей, угощая усердно Ноздрева и всю родню его, и перед ним теплилась сальная свечка, которой светильня давно уже накрылась нагоревшею черною шапкою, ежеминутно грозя погаснуть, и глядела ему в окна слепая, темная ночь, готовая посинеть от приближавшегося рассвета, и пересвистывались вдали отдаленные петухи, и в совершенно заснувшем городе, может
быть, плелась где-нибудь фризовая шинель, горемыка неизвестно какого класса и чина, знающая одну только (увы!) слишком протертую русским забубенным народом дорогу, — в это время на другом конце города происходило событие, которое готовилось увеличить неприятность
положения нашего героя.
Положение их в первую минуту
было похоже на
положение школьника, которому сонному товарищи, вставшие поранее, засунули в нос гусара, то
есть бумажку, наполненную табаком.
Осведомившись в передней, вошел он в ту самую минуту, когда Чичиков не успел еще опомниться от своего страха и
был в самом жалком
положении, в каком когда-либо находился смертный.
И трудолюбивая жизнь, удаленная от шума городов и тех обольщений, которые от праздности выдумал, позабывши труд, человек, так сильно стала перед ним рисоваться, что он уже почти позабыл всю неприятность своего
положения и, может
быть, готов
был даже возблагодарить провиденье за этот тяжелый <урок>, если только выпустят его и отдадут хотя часть.
— Справедливо изволили заметить, ваше превосходительство. Но представьте же теперь мое
положение… — Тут Чичиков, понизивши голос, стал говорить как бы по секрету: — У него в доме, ваше превосходительство,
есть ключница, а у ключницы дети. Того и смотри, все перейдет им.