Обратим внимание на явные очевидности, которые
кидаются в глаза и говорит, что в «скаске» Мошкина есть много неправды, после чего трудно верить и остальному.
Множество возвращающегося с работы простого народа толпилось на пристани, ожидая очереди попасть на паром, перевозивший на другую сторону, где первая
кидалась в глаза куча навозу, грязный берег, две-три грязные хижины, два-три тощие дерева и за всем этим — вспаханные поля.
Схоронивши мать, Зиновий Алексеич переселился в Вольск. Выстроил там лучший дом в городе, разубрал его, разукрасил, денег не жалея, лишь бы отделать все в «наилучшем виде», лишь бы каждому
кидалось в глаза его убранство, лишь бы всяк, кто мимо дома ни шел, ни ехал, — все бы время на него любовался и, уехавши, молвил бы сам про себя: «Сумел поставить хоромы Зиновий Алексеич!»
На балах начальство строго следило, чтобы воспитанницы не танцевали с одним и тем же кавалером несколько раз подряд. Это уж было бы похоже на предпочтение, на какое-то избранничество, наконец просто на кидающееся в глаза взаимное ухаживание. Синяя дама с рыбьей головой сделала Зиночке замечание, что она слишком много уделяет внимания юнкеру Александрову, что это слишком
кидается в глаза и, наконец, становится совсем неприличным.
Из них по преимуществу
кидались в глаза, во-первых, если только помнит его читатель, Батенев, с орлиным носом, и потом другой господин, с добродушнейшею физиономией и с полноватым животом гурмана, которого все называли Павлом Петровичем.
Неточные совпадения
Когда увидела мать, что уже и сыны ее сели на коней, она
кинулась к меньшому, у которого
в чертах лица выражалось более какой-то нежности: она схватила его за стремя, она прилипнула к седлу его и с отчаяньем
в глазах не выпускала его из рук своих.
А во время отлучки и татарва может напасть: они, турецкие собаки,
в глаза не
кинутся и к хозяину на дом не посмеют прийти, а сзади укусят за пяты, да и больно укусят.
Отделкой, чистотой Ларец
в глаза кидался;
Еще более призадумался Обломов, когда замелькали у него
в глазах пакеты с надписью нужное и весьма нужное, когда его заставляли делать разные справки, выписки, рыться
в делах, писать тетради
в два пальца толщиной, которые, точно на смех, называли записками; притом всё требовали скоро, все куда-то торопились, ни на чем не останавливались: не успеют спустить с рук одно дело, как уж опять с яростью хватаются за другое, как будто
в нем вся сила и есть, и, кончив, забудут его и
кидаются на третье — и конца этому никогда нет!
Порой,
в минуты этих проблесков сознания, когда до слуха его долетало имя панны с белокурою косой,
в сердце его поднималось бурное бешенство;
глаза Лавровского загорались темным огнем на бледном лице, и он со всех ног
кидался в толпу, которая быстро разбегалась.