«Тамбовская казначейша» (Лермонтов М. Ю., 1838) по всей классике
Хозяин был старик угрюмый С огромной лысой головой. От юных лет с казенной суммой Он жил как с собственной казной. В пучинах сумрачных расчета Блуждать была его охота, И потому он был игрок (Его единственный порок). Любил налево и направо Он в зимний вечер прометнуть, Четвертый куш перечеркнуть, Рутёркой понтирнуть со славой, И талью скверную порой Запить Цимлянского струей.
Все карты Ростова бились, и на него было написано до 800 рублей. Он надписал было над одной картой 800 рублей, но в то время, как ему подавали шампанское, он раздумал и написал опять обыкновенный куш, двадцать рублей.
Что же касается собственно до «плана», то было все то же самое, что и прежде, то есть предложение прав своих на Чермашню, но уже не с коммерческою целью, как вчера Самсонову, не прельщая эту даму, как вчера Самсонова, возможностью стяпать вместо трех тысяч куш вдвое, тысяч в шесть или семь, а просто как благородную гарантию за долг.
Приложивши такой большой куш к своим прежним деньгам, он повел дела уже в широком размере и лет через десять после того был миллионером и на серебро, как тогда стали считать.
И к тому же, лично я не встречал ни одного человека, который хотя бы раз в жизни не задумывался о том, что можно сорвать куш, одним махом заработать кучу денег.
И к тому же, лично я не встречал ни одного человека, который хотя бы раз в жизни не задумывался о том, что можно сорвать куш, одним махом заработать кучу денег.
– Я всегда срывал большой куш на операциях, которые казались всем окружающим неприемлемыми.
В первом вы играете всю ночь, причём, как водится, одни срывают хороший куш, а другие проигрываются в пух и прах.