Неточные совпадения
Он был рожден под гибельной звездой,
С желаньями безбрежными, как вечность.
Они так часто спорили с душой
И отравили лучших дней беспечность.
Они летали над его главой,
Как царская корона; но без власти
Венец казался бременем, и страсти,
Впервые пробудясь, живым
огнемПрожгли алтарь свой, не найдя кругом
Достойной
жертвы, — и в пустыне света
На дружний зов не встретил он ответа.
Они уезжали и не думали о величественном значении этой громадной, богатой столицы, оставленной жителями и отданной на
жертву огню (большой покинутый деревянный город необходимо должен был сгореть); они уезжали каждый для себя, а вместе с тем, только вследствие того, что они уехали, и совершилось то величественное событие, которое навсегда останется лучшею славой русского народа.
Неточные совпадения
Там все принесено в
жертву экономии; от этого людей на них мало, рулевой большею частию один: нельзя понадеяться, что ночью он не задремлет над колесом и не прозевает встречных
огней.
В вечной природе существуют две области и заключена возможность двух жизней: «
огонь или дух», обнаруживающийся как «молния
огня» на четвертой ступени, силою свободы (опять и свобода у Беме мыслится вне отношения к личности, имперсонали-стически, как одна из сил природы) определяет себя к божественному единству или кротости, и благодаря этому первые 4 стихии становятся или основой для царства радости, или же, устремляясь к множественности и самости, делаются
жертвой адского начала, причем каждое начало по-своему индивидуализирует бытие.
Вася Шеин, рыдая, возвращает Вере обручальное кольцо. «Я не смею мешать твоему счастию, — говорит он, — но, умоляю, не делай сразу решительного шага. Подумай, поразмысли, проверь и себя и его. Дитя, ты не знаешь жизни и летишь, как мотылек на блестящий
огонь. А я — увы! — я знаю хладный и лицемерный свет. Знай, что телеграфисты увлекательны, но коварны. Для них доставляет неизъяснимое наслаждение обмануть своей гордой красотой и фальшивыми чувствами неопытную
жертву и жестоко насмеяться над ней».
А сколько этих людей калечилось, убивалось, гибло в
огне жертвами собственного самоотвержения!
Для смазливого личика он был готов на все
жертвы, до измены барину включительно, хотя к Виктору Павловичу он был очень привязан и готов идти за него в
огонь и в воду, не по долгу слуги, а по собственному побуждению.