Неточные совпадения
Я велел положить чемодан свой
в тележку, заменить быков лошадьми и
в последний раз оглянулся на долину; но густой туман, нахлынувший волнами из
ущелий, покрывал ее совершенно, ни единый звук не долетал уже оттуда до нашего слуха.
Душно стало
в сакле, и я вышел на воздух освежиться. Ночь уж ложилась на горы, и туман начинал бродить по
ущельям.
— Послушай, — сказал твердым голосом Азамат, — видишь, я на все решаюсь. Хочешь, я украду для тебя мою сестру? Как она пляшет! как поет! а вышивает золотом — чудо! Не бывало такой жены и у турецкого падишаха… Хочешь? дождись меня завтра ночью там
в ущелье, где бежит поток: я пойду с нею мимо
в соседний аул — и она твоя. Неужели не стоит Бэла твоего скакуна?
Тот, кому случалось, как мне, бродить по горам пустынным, и долго-долго всматриваться
в их причудливые образы, и жадно глотать животворящий воздух, разлитой
в их
ущельях, тот, конечно, поймет мое желание передать, рассказать, нарисовать эти волшебные картины.
И точно, дорога опасная: направо висели над нашими головами груды снега, готовые, кажется, при первом порыве ветра оборваться
в ущелье; узкая дорога частию была покрыта снегом, который
в иных местах проваливался под ногами,
в других превращался
в лед от действия солнечных лучей и ночных морозов, так что с трудом мы сами пробирались; лошади падали; налево зияла глубокая расселина, где катился поток, то скрываясь под ледяной корою, то с пеною прыгая по черным камням.
Между тем тучи спустились, повалил град, снег; ветер, врываясь
в ущелья, ревел, свистал, как Соловей-разбойник, и скоро каменный крест скрылся
в тумане, которого волны, одна другой гуще и теснее, набегали с востока…
Расставшись с Максимом Максимычем, я живо проскакал Терекское и Дарьяльское
ущелья, завтракал
в Казбеке, чай пил
в Ларсе, а к ужину поспел
в Владыкавказ. Избавлю вас от описания гор, от возгласов, которые ничего не выражают, от картин, которые ничего не изображают, особенно для тех, которые там не были, и от статистических замечаний, которые решительно никто читать не станет.
И
в самом деле, здесь все дышит уединением; здесь все таинственно — и густые сени липовых аллей, склоняющихся над потоком, который с шумом и пеною, падая с плиты на плиту, прорезывает себе путь между зеленеющими горами, и
ущелья, полные мглою и молчанием, которых ветви разбегаются отсюда во все стороны, и свежесть ароматического воздуха, отягощенного испарениями высоких южных трав и белой акации, и постоянный, сладостно-усыпительный шум студеных ручьев, которые, встретясь
в конце долины, бегут дружно взапуски и наконец кидаются
в Подкумок.
С этой стороны
ущелье шире и превращается
в зеленую лощину; по ней вьется пыльная дорога.
Верстах
в трех от Кисловодска,
в ущелье, где протекает Подкумок, есть скала, называемая Кольцом; это — ворота, образованные природой; они подымаются на высоком холме, и заходящее солнце сквозь них бросает на мир свой последний пламенный взгляд.
Слезши с лошадей, дамы вошли к княгине; я был взволнован и поскакал
в горы развеять мысли, толпившиеся
в голове моей. Росистый вечер дышал упоительной прохладой. Луна подымалась из-за темных вершин. Каждый шаг моей некованой лошади глухо раздавался
в молчании
ущелий; у водопада я напоил коня, жадно вдохнул
в себя раза два свежий воздух южной ночи и пустился
в обратный путь. Я ехал через слободку. Огни начинали угасать
в окнах; часовые на валу крепости и казаки на окрестных пикетах протяжно перекликались…
Переговоры наши продолжались довольно долго; наконец мы решили дело вот как: верстах
в пяти отсюда есть глухое
ущелье; они туда поедут завтра
в четыре часа утра, а мы выедем полчаса после их; стреляться будете на шести шагах — этого требовал сам Грушницкий.
Мы сели верхом; Вернер уцепился за поводья обеими руками, и мы пустились, — мигом проскакали мимо крепости через слободку и въехали
в ущелье, по которому вилась дорога, полузаросшая высокой травой и ежеминутно пересекаемая шумным ручьем, через который нужно было переправляться вброд, к великому отчаянию доктора, потому что лошадь его каждый раз
в воде останавливалась.
Солнце едва выказалось из-за зеленых вершин, и слияние первой теплоты его лучей с умирающей прохладой ночи наводило на все чувства какое-то сладкое томление;
в ущелье не проникал еще радостный луч молодого дня; он золотил только верхи утесов, висящих с обеих сторон над нами; густолиственные кусты, растущие
в их глубоких трещинах, при малейшем дыхании ветра осыпали нас серебряным дождем.
Не доезжая слободки, я повернул направо по
ущелью. Вид человека был бы мне тягостен: я хотел быть один. Бросив поводья и опустив голову на грудь, я ехал долго, наконец очутился
в месте, мне вовсе не знакомом; я повернул коня назад и стал отыскивать дорогу; уж солнце садилось, когда я подъехал к Кисловодску, измученный, на измученной лошади.
Солнце уже спряталось
в черной туче, отдыхавшей на гребне западных гор;
в ущелье стало темно и сыро.
Неточные совпадения
На Невском стало еще страшней; Невский шире других улиц и от этого был пустынней, а дома на нем бездушнее, мертвей. Он уходил во тьму, точно
ущелье в гору. Вдали и низко, там, где должна быть земля, холодная плоть застывшей тьмы была разорвана маленькими и тусклыми пятнами огней. Напоминая раны, кровь, эти огни не освещали ничего, бесконечно углубляя проспект, и было
в них что-то подстерегающее.
Они сошли на берег
в Петровске и ехали на лошадях из Владикавказа
в Тифлис Дарьяльским
ущельем.
«Как
в Дарьяльском
ущелье…»
Что за заливцы, уголки, приюты прохлады и лени, образуют узор берегов
в проливе! Вон там идет глубоко
в холм
ущелье, темное, как коридор, лесистое и такое узкое, что, кажется, ежеминутно грозит раздавить далеко запрятавшуюся туда деревеньку. Тут маленькая, обстановленная деревьями бухта, сонное затишье, где всегда темно и прохладно, где самый сильный ветер чуть-чуть рябит волны; там беспечно отдыхает вытащенная на берег лодка, уткнувшись одним концом
в воду, другим
в песок.
2-го сентября, ночью часа
в два, задул жесточайший ветер: порывы с гор, из
ущелий, были страшные.
В три часа ночи, несмотря на луну, ничего не стало видно, только блистала неяркая молния, но без грома, или его не слыхать было за ветром.