Неточные совпадения
Тот, кому случалось, как мне, бродить по горам пустынным, и долго-долго
всматриваться в их причудливые образы, и жадно глотать животворящий воздух, разлитой
в их ущельях, тот, конечно, поймет мое желание передать, рассказать, нарисовать эти волшебные картины.
Женщина вскочила и стала
всматриваться в даль с видом беспокойства.
Защитив глаза ладонью от лучей солнца, она пристально
всматривалась в даль, то смеялась и рассуждала сама с собой, то запевала снова песню.
Пробираясь берегом к своей хате, я невольно
всматривался в ту сторону, где накануне слепой дожидался ночного пловца; луна уже катилась по небу, и мне показалось, что кто-то
в белом сидел на берегу; я подкрался, подстрекаемый любопытством, и прилег
в траве над обрывом берега; высунув немного голову, я мог хорошо видеть с утеса все, что внизу делалось, и не очень удивился, а почти обрадовался, узнав мою русалку.
Как любопытно
всматривался я
в каждую росинку, трепещущую на широком листке виноградном и отражавшую миллионы радужных лучей! как жадно взор мой старался проникнуть
в дымную даль!
Я, как матрос, рожденный и выросший на палубе разбойничьего брига: его душа сжилась с бурями и битвами, и, выброшенный на берег, он скучает и томится, как ни мани его тенистая роща, как ни свети ему мирное солнце; он ходит себе целый день по прибрежному песку, прислушивается к однообразному ропоту набегающих волн и
всматривается в туманную даль: не мелькнет ли там на бледной черте, отделяющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус, сначала подобный крылу морской чайки, но мало-помалу отделяющийся от пены валунов и ровным бегом приближающийся к пустынной пристани…
Неточные совпадения
— Как, что ты, ты, видно, не узнал меня? Ты
всмотрись хорошенько
в лицо! — говорил ему Чичиков.
Он жадно осматривался направо и налево,
всматривался с напряжением
в каждый предмет и ни на чем не мог сосредоточить внимания; все выскользало.
— Я бы вот как стал менять: пересчитал бы первую тысячу, этак раза четыре со всех концов,
в каждую бумажку
всматриваясь, и принялся бы за другую тысячу; начал бы ее считать, досчитал бы до средины, да и вынул бы какую-нибудь пятидесятирублевую, да на свет, да переворотил бы ее и опять на свет — не фальшивая ли?
Раскольников не отвечал, он сидел бледный и неподвижный, все с тем же напряжением
всматриваясь в лицо Порфирия.
Склонившись над водою, машинально смотрел он на последний розовый отблеск заката, на ряд домов, темневших
в сгущавшихся сумерках, на одно отдаленное окошко, где-то
в мансарде, по левой набережной, блиставшее, точно
в пламени, от последнего солнечного луча, ударившего
в него на мгновение, на темневшую воду канавы и, казалось, со вниманием
всматривался в эту воду.