Я помню, что в продолжение ночи, предшествовавшей поединку, я не спал ни минуты. Писать я не мог долго: тайное беспокойство мною овладело. С час я ходил по комнате; потом сел и открыл роман Вальтера Скотта, лежавший у меня на столе: то были «Шотландские пуритане»; я читал сначала с усилием, потом забылся, увлеченный волшебным вымыслом… Неужели шотландскому барду на том свете не платят за каждую отрадную минуту, которую дарит его книга?..
Вот мы и начали читать Вальтера Скотта и в какой-нибудь месяц почти половину прочли. Потом он еще и еще присылал, Пушкина присылал, так что наконец я без книг и быть не могла и перестала думать, как бы выйти за китайского принца.
Просвещенный читатель ведает, что Шекспир и Вальтер Скотт оба представили своих гробокопателей людьми веселыми и шутливыми, дабы сей противоположностию сильнее поразить наше воображение.
Нет практически никаких пиктских документов, и учёные до сих пор не могут дать ответы на самые элементарные вопросы о пиктах: кто они были, на каком языке говорили, как сами себя называли и что случилось с ними после того, как они попали под власть скоттов.
Нет практически никаких пиктских документов, и учёные до сих пор не могут дать ответы на самые элементарные вопросы о пиктах: кто они были, на каком языке говорили, как сами себя называли и что случилось с ними после того, как они попали под власть скоттов.
Вот оно. Язык скоттов. Нет, шотландцев. Ей придётся говорить на языке народа её будущего мужа. Теперь это и её народ.