Неточные совпадения
У нее в сердце уж не было мщения: — теперь, теперь вполне постигла она весь ужас обещанья своего; хотела молиться… ни одна молитва не предстала ей ангелом утешителем: каждая сделалась укоризною, звуком напрасного раскаянья… «какой красавец сын моего злодея», — думала Ольга; и эта простая мысль всю ночь являлась ей с разных сторон, под разными видами: она не могла прогнать других, только покрыла их полусветлой
пеленою, — но пропасть, одетая утренним
туманом, хотя не так черна, зато кажется вдвое обширнее бедному путнику.
И вот однажды утром рано, // В час лучший девственного сна, // Когда сквозь
пелену тумана // Едва проглядывает Цна, // Когда лишь куполы собора // Роскошно золотит Аврора, // И, тишины известный враг, // Еще безмолвствовал кабак,
Опять скрипнула дверь, показалась Маруся. Потом неуклюжая фигура Тимохи сползла по лестнице с сеновала. Маруся принялась доить коров, Тимоха запряг лошадь и привез к огороду огромное полубочье воды для поливки. Замычали коровы и телята, на заимке начинался день… Небо над верхушками гор слабо окрашивалось, но мы находились еще в длинной тени, покрывшей всю равнину… Кроме того, по небу развесилась топкая подвижная
пелена тумана…
Неточные совпадения
На другой день после крестин, не совсем еще обутрело и осенний
туман белой
пеленой расстилался еще по полям, по лугам и болотам, как Патап Максимыч, напившись с гостями чаю и закусивши расставленными Никитишной снедями, отправился в путь.
По вечерам над болотами поднимался густой
туман, который всю окрестность окутывал сизою, клубящеюся
пеленой. Однако ж на вредное влияние болотных испарений, в гигиеническом отношении, никто не жаловался, да и вообще, сколько мне помнится, повальные болезни в нашем краю составляли редкое исключение.
Клубок пыли исчез. Я повернулся к городу. Он лежал в своей лощине, тихий, сонный и… ненавистный. Над ним носилась та же легкая
пелена из пыли, дыма и
тумана, местами сверкали клочки заросшего пруда, и старый инвалид дремал в обычной позе, когда я проходил через заставу. Вдобавок, около пруда, на узкой деревянной кладочке, передо мной вдруг выросла огромная фигура Степана Яковлевича, ставшего уже директором. Он посмотрел на меня с высоты своего роста и сказал сурово:
По утрам его часто затягивало
туманами от прудов, и теперь туманная
пелена разрывалась, обнаруживая то крышу, то клок зелени, то белую стену…
Река утонула в белой
пелене двигавшегося
тумана, лес казался выше, в домах кое-где еще мигали красные огоньки.