Неточные совпадения
Перед нею Федосей плавал в крови своей, грыз землю и скреб ее ногтями; а над ним с топором в руке на самом пороге стоял некто еще ужаснее, чем умирающий: он стоял неподвижно, смотрел на Ольгу
глазами коршуна и указывал пальцем на окровавленную землю: он торжествовал, как Геркулес, победивший змея: улыбка, ядовито-сладкая улыбка набегала на его красные губы: в ней дышала то гордость, то презрение, то сожаленье — да, сожаленье
палача, который не из собственной воли, но по повелению высшей власти наносит смертный удар.
— Тащи выше! — было приказание Орленки, и в две минуты она поднялась от земли на аршин…
глаза ее налились кровью, стиснув зубы, она старалась удерживать невольные крики…
палачи опять остановились, и Вадим сделал знак Орленке, который его тотчас понял. Солдатку разули; под ногами ее разложили кучку горячих угольев… от жару и боли в ногах ее начались судороги — и она громко застонала, моля о пощаде.
Неточные совпадения
Natalie занемогла. Я стоял возле свидетелем бед, наделанных мною, и больше, чем свидетелем, — собственным обвинителем, готовым идти в
палачи. Перевернулось и мое воображение — мое падение принимало все большие и большие размеры. Я понизился в собственных
глазах и был близок к отчаянию. В записной книге того времени уцелели следы целой психической болезни от покаяния и себяобвинения до ропота и нетерпения, от смирения и слез до негодования…
Крест и голова, вот картина, лицо священника,
палача, его двух служителей и несколько голов и
глаз снизу, — все это можно нарисовать как бы на третьем плане, в тумане, для аксессуара…
Но во время его отсутствия всезнающий Симеон с таинственным и даже несколько гордым видом успел сообщить своей тогдашней любовнице Нюре, а она шепотом, с ужасом в округлившихся
глазах, рассказала подругам по секрету о том, что фамилия мещанина — Дядченко и что он прошлой осенью вызвался, за отсутствием
палача, совершить казнь над одиннадцатью бунтовщиками и собственноручно повесил их в два утра.
Другой избранный судьбой
палач является перед ним. Гаденькая фигурка Николая Ильича Петухова выползает уже из достаточно потемневшего угла камеры. Николай Леопольдович как-то брезгливо откидывается назад. Вот он протягивает ему свою красную, мясистую руку и смотрит ему в
глаза с полупочтительной-полунасмешливой улыбкой.
В это время сверкнула страшная молния и осветила наклоненного убийцу и его несчастную, уже бездыханную жертву, широко раскрытыми, полными предсмертного ужаса, с остановившимся взглядом
глазами глядевшую на своего
палача.