«Последний Новик. Том 2» (Лажечников И. И., 1833) по всей классике
«Чем не шутит черт, превратясь в амура! — думал он. — Соседка ведет на меня атаку по форме. Aгa! да вот и цидулка [Цидулка — письмо, весточка (укр.).] пала ко мне в руку. Конечно, назначение места свидания!»
— Так мы кстати столкнулись: авось высечем огонь! Вот в чем дело. Дошли до меня весточки в некоей конфиденции… а с какой стороны ветер дул, не могу тебе поведать — в другое время, ты знаешь, я с своих плеч снял бы для тебя рубашку, — вот изволишь видеть, кум, дошли до меня весточки, что ты под Мариенбургом спровадил какого-то голяка, шведского пленного, куда, на какую потребу, бог весть!..
Бальзаминов. Нет, маменька, не оттого, что уменья нет, а оттого, что счастья нет мне ни в чем. Будь счастье, так все бы было, и коляска, и деньги. И с другой невестой то же будет: вот посмотрите. Придет сваха, да такую весточку скажет, что на ногах не устоишь.
Если бы она хотела вспомнить, как умерла, передать весточку родным, найти путь для наказания виновного более законным способом, то ведьмак выдохнул бы с облегчением и начал рыть землю, как говорится.
Стражники действительно послали весточку графине, справедливо решив, что лучше быть, чем не быть.
Мне удавалось получать весточки от них в музеях и хранилищах по всему миру.
Если бы она хотела вспомнить, как умерла, передать весточку родным, найти путь для наказания виновного более законным способом, то ведьмак выдохнул бы с облегчением и начал рыть землю, как говорится.