Неточные совпадения
Обгорелый
шест, которого
концы опирались на двух камнях, держал медный котелок с водою; один из этих камней обставлен был сковородою с остатками изжаренной с луком жирной почки, облупленным подносом с изукрашенным золотыми цветами карафином [Карафин — графин.], с двумя серебряными чарами, расписанными чернью, работы устюжской, и узорочною серебряною братиною [Братина — сосуд для вина и пива.] с кровлею, вероятно, жалованною царями кому-нибудь из родителей собеседников при милостивом слове.
«Овраг — и смерть!» — произнес он глухо, ухватил мою лошадь за узду, осадил ее, сделал шага два вперед, стал на одно колено, дал знак казаку, чтобы он подержал его за
конец плаща, и могучею рукою разворотил
шестом бугорки, что стояли перед нами.
Возьмешь два шеста, просунешь по пути следования по болоту один шест, а потом параллельно ему, на аршин расстояния — другой, станешь на четвереньки — ногами на одном шесте, а руками на другом — и ползешь боком вперед, передвигаешь ноги по одному шесту и руки, иногда по локоть в воде, по другому. Дойдешь до
конца шестов — на одном стоишь, а другой вперед двигаешь. И это был единственный путь в раскольничьи скиты, где уж очень хорошими пряниками горячими с сотовым медом угощала меня мать Манефа.
Они пришли к первой избе. Старик достал необмолоченный сноп овса, привязал его к
концу шеста, а шест поднял на крышу. Сейчас же налетели со всех сторон маленькие птички, которые на зиму никуда не улетают: воробышки, кузьки, овсянки, — и принялись клевать зерно.
Неточные совпадения
На самой середине избы висела люлька, привязанная к
концу длинного
шеста.
— Псалом сорок
шестой, в
конец о сынех Кореовых, — промолвила Дуня и смолкла.
— Я! — раздается отклик с другого
конца коридора, и к офицеру быстро подбегает и ловко вытягивается перед ним тот самый Андриевич, который шел вместе с Александровым до
шестого класса, очень дружил с ним и даже издавал с ним вместе кадетскую газету.
Вечерние занятия в
шестой роте приходили к
концу, и младшие офицеры все чаще и нетерпеливее посматривали на часы.
Софи подождала еще неделю, пересчитала свои деньги, — у ней было тридцать пять рублей и никаких надежд; квартира, которую она наняла, была ей не по карману, и она, долго искав, переехала наконец в пятый, если не
шестой, этаж огромного дома в
конце Гороховой, набитого всякой сволочью.