— Передай ему эти бумаги и скажи, чтоб он списал их поскорее, прислал с тобою же немедля и пришел с товарищем на адзельскую тропу; мимоходом шепни ему ж, что «звезда вечерняя» — невеста, «дорожный столб» — жених; пускай делают они из этого что хотят! Отца попроси, чтоб он стал
в шагах пятидесяти отсюда с заряженным ружьем. Не забыть мне чего. Да, да, приведи с собою Немого. Теперь все.
Неточные совпадения
Проходя
в сумраке вечера через кладбище, дети одного с нею возраста прижимались к старшим провожатым своим, шибко стучало сердце их: ее же было так покойно, как обыкновенно; она еще старалась отстать от других, спешила полюбоваться памятником, остановившим ее внимание, и тихими уже
шагами их догоняла.
Он был весь тревога: то погружался
в глубокую задумчивость, то, вдруг встрепенувшись, как будто поражен был ожидаемым вестовым звуком, прислушивался с жадным вниманием; то вставал, прохаживался по цветнику быстрыми
шагами, посматривал на девушку, сидевшую на балконе, и опять садился.
Обойдите сад, и на каждом
шагу готов прелестный ландшафт, достойный кисти Клода Лоррена [Лоррен Клод (1600–1682) — французский живописец-пейзажист.], и убежище,
в котором Руссо хотел бы жить и умереть.
Проклиная эту помеху, он осторожно дополз до можжевеловых кустов,
шагах в двадцати от того места, откуда был слышен разговор, спрятался за кустами так, что не мог быть примечен с этой стороны, но сам имел возможность высмотреть все, что
в ней происходило.
К утешению его,
в первой комнате нижнего этажа встретил он Адама, который прохаживался по ней мерными
шагами, углублен будучи
в размышления о суетах мирских.
С первым
шагом его на землю русскую ему предложено было вступить
в ряды осаждавших Азов.
Едва он это выговорил, послышался шорох у входа
в ставку, и знакомый нам крошка-генерал, со всею дипломатическою важностью и точностью военной дисциплины, держа щипком левой руки шляпу, а
в правой большой сверток бумаг, который, подобно свинцу, тянул ее, мерными
шагами приблизился к нему, наклонил почтительно голову и, подавая сверток, произнес...
— Фрейл… — могла только выговорить мать. Руки ее опустились, луковица покатилась из них на пол, ножик выпал на скамейку. Хозяин, сделав пол-оборота головой, будто окаменел
в этом положении. Густав побледнел, спустил дитя с колена и стал на одном месте
в нерешимости, что ему делать; увидев же, что Луиза колебалась идти
в комнату и сделала уже несколько
шагов назад, он схватил свою шляпу, бросился к двери и сказал дрожащим голосом...
Она сидела
в пышных креслах, с дивною резьбою, обитых малиновым бархатом; кому кивала, для иного едва привставала, для другого совсем становилась на ноги и делала
шаг, два и более вперед, смотря по важности входившего лица.
С последним словом она важно поклонилась обществу и тихими, твердыми
шагами выступила
в другие комнаты.
Таисья шагала высоко подняв голову, сердито нахмурясь, и видно было, что ей неудобно идти шаг
в шаг с маленькой Розой и старухой, она все порывалась вперед или, отставая, толкала мужчин.
Как они ни бились в формах гегелевской методы, какие ни делали построения, Хомяков шел с ними шаг
в шаг и под конец дул на карточный дом логических формул или подставлял ногу и заставлял их падать в «материализм», от которого они стыдливо отрекались, или в «атеизм», которого они просто боялись.
Против обыкновения, Слива почти не обратил на него внимания и не выкинул ни одной из своих штучек. Только когда Ромашов остановился
в шаге от него, с почтительно приложенной рукой к козырьку и сдвинутыми вместе ногами, он сказал, подавая ему для пожатия свои вялые пальцы, похожие на пять холодных сосисок:
— Правда, правда. Сидит у садовой решетки. Отсюда, — отсюда
в шагах трехстах, я думаю. Я поскорее мимо него, но он меня видел. Вы не знали? В таком случае очень рад, что не забыл передать. Вот этакой-то всего опаснее на случай, если с ним револьвер, и, наконец, ночь, слякоть, естественная раздражительность, — потому что ведь каковы же его обстоятельства-то, ха-ха! Как вы думаете, зачем он сидит?
Неточные совпадения
Она, взглянуть назад не смея, // Поспешный ускоряет
шаг; // Но от косматого лакея // Не может убежать никак; // Кряхтя, валит медведь несносный; // Пред ними лес; недвижны сосны //
В своей нахмуренной красе; // Отягчены их ветви все // Клоками снега; сквозь вершины // Осин, берез и лип нагих // Сияет луч светил ночных; // Дороги нет; кусты, стремнины // Метелью все занесены, // Глубоко
в снег погружены.
И
шагом едет
в чистом поле, //
В мечтанья погрузясь, она; // Душа
в ней долго поневоле // Судьбою Ленского полна; // И мыслит: «Что-то с Ольгой стало? //
В ней сердце долго ли страдало, // Иль скоро слез прошла пора? // И где теперь ее сестра? // И где ж беглец людей и света, // Красавиц модных модный враг, // Где этот пасмурный чудак, // Убийца юного поэта?» // Со временем отчет я вам // Подробно обо всем отдам,
Вот пистолеты уж блеснули, // Гремит о шомпол молоток. //
В граненый ствол уходят пули, // И щелкнул
в первый раз курок. // Вот порох струйкой сероватой // На полку сыплется. Зубчатый, // Надежно ввинченный кремень // Взведен еще. За ближний пень // Становится Гильо смущенный. // Плащи бросают два врага. // Зарецкий тридцать два
шага // Отмерил с точностью отменной, // Друзей развел по крайний след, // И каждый взял свой пистолет.
«Мой дядя самых честных правил, // Когда не
в шутку занемог, // Он уважать себя заставил // И лучше выдумать не мог. // Его пример другим наука; // Но, боже мой, какая скука // С больным сидеть и день и ночь, // Не отходя ни
шагу прочь! // Какое низкое коварство // Полуживого забавлять, // Ему подушки поправлять, // Печально подносить лекарство, // Вздыхать и думать про себя: // Когда же черт возьмет тебя!»
На другой же день пугнул он всех до одного, потребовал отчеты, увидел недочеты, на каждом
шагу недостающие суммы, заметил
в ту же минуту дома красивой гражданской архитектуры, и пошла переборка.