«Последний Новик. Том 1» (Лажечников И. И., 1833) по всей классике
Разбудите их, вопросите с терпением и уважением, должным их сединам и заслугам, — и они, в красноречивом лепете младенческой старости, расскажут вам чудеса о давно былом; и гигантские тени их полководцев, прислушавшись из праха к словам чести и красоты, встанут перед вами грозные, залитые с ног до головы железом, готовые, при малейшем сомнении о величии их, бросить вам гремящую рукавицу, на коей видны еще брызги запекшейся крови их врагов.
Предложения из русской классики со словом «запёкшийся»
Сергей тоже встал и отдулся. Зиновий Борисыч лежал мертвый, с передавленным горлом и рассеченным виском. Под головой с левой стороны стояло небольшое пятнышко крови, которая, однако, более уже не лилась из запекшейся и завалявшейся волосами ранки.
Это была голова, бритая, с большими выступами черепа над глазами и черной стриженой бородкой и подстриженными усами, с одним открытым, другим полузакрытым глазом, с разрубленным и недорубленным бритым черепом, с окровавленным запекшейся черной кровью носом. Шея была замотана окровавленным полотенцем. Несмотря на все раны головы, в складе посиневших губ было детское доброе выражение.
Вдруг большая дверь быстро распахнулась. Ввалился пьяный Волк, растерзанный, растрепанный, все лицо в синяках и рубцах с запекшейся кровью, губы разбиты, глаза опухли, сам весь в грязи: по всем статьям кабацкий завсегдатель.
Старик расстегнул на себе поясный ремень, спустил левый рукав кафтана и рубашки, отчего обнажилось плечо. Оно было изрыто кровавыми бороздами; кровь, худо запекшаяся, струилась еще по остову старца.
Рана на голове перестала сочиться сукровицей, затянулась коркой запёкшейся крови, которая спустя мгновение потрескалась и осыпалась на землю, обнажив изрезанное шрамами лицо.
Светлые волосы разметались по плечам, на затылке виднелись следы запёкшейся крови – по-видимому, сюда была нанесена смертельная рана, хотя точно пока сказать ничего было нельзя.
– Только мёртвые свободны, – старик растянул в усмешке чёрные запёкшиеся губы. – Мы оба мертвецы, сынок. Радуйся.
Рана на голове перестала сочиться сукровицей, затянулась коркой запёкшейся крови, которая спустя мгновение потрескалась и осыпалась на землю, обнажив изрезанное шрамами лицо.
Светлые волосы разметались по плечам, на затылке виднелись следы запёкшейся крови – по-видимому, сюда была нанесена смертельная рана, хотя точно пока сказать ничего было нельзя.