Неточные совпадения
— О, о! зачем это?.. (Он слегка отдернул было руку, но тот успел уловить ее своими устами.) Поверь, я не оставляю тебя и на новом
твоем месте. А чтобы на первых порах доказать мои
милости, вот что я для тебя делаю, — только, пожалуйста, не мучь меня своею благодарностию! Слышишь?..
— Да, да, ее и в приданое мои
милости и прощение
твоей государыни за старые
твои грехи. Что?.. Чай, при этом слове зашевелились из гробов родоначальники
твои, литовские или татарские князья?.. Чай, развернули пред
твои вельможные очи свои заплесневелые пергаменты?.. Не ломайся же, дурачина, пока предлагают такой клад с завидной придачей, а то велят взять и без нее.
Милости ее велики: все, что насказали мне о тебе, — ложь, я это вижу, я это чувствую по
твоим ласкам.
— Каково ж, Васенька? Княжна!.. в
милости, в любви у государыни!.. Невеста Волынского… скоро свадьба!.. Каково? Ведь это все я для тебя, милочка, устроила. Ты грозишь мне, чтобы я не проговорилась… Небось не скажу, что мать
твоя цыганка… Да не проговорилась ли я когда, Васенька?..
— Да как всегда: бесится с жиру, — сказал Захар, — а все за тебя, по
твоей милости перенес я горя-то немало: все насчет квартиры-то! Бесится: больно не хочется съезжать…
— Размежевались, батюшка, всё
твоею милостью. Третьего дня сказку подписали. Хлыновские-то сначала поломались… поломались, отец, точно. Требовали… требовали… и бог знает, чего требовали; да ведь дурачье, батюшка, народ глупый. А мы, батюшка, милостью твоею благодарность заявили и Миколая Миколаича посредственника удовлетворили; всё по твоему приказу действовали, батюшка; как ты изволил приказать, так мы и действовали, и с ведома Егора Дмитрича всё действовали.
Неточные совпадения
Авось милосердый Господь помилует
твою барскую
милость, а о себе не заботимся: пусть издохнем.
«Доношу
твоей барской
милости, что у тебя в вотчине, кормилец наш, все благополучно.
Голоса двух женщин.
Милости твоей, отец, прошу! Повели, государь, выслушать!
Купцы. Да уж куда
милость твоя ни запроводит его, все будет хорошо, лишь бы, то есть, от нас подальше. Не побрезгай, отец наш, хлебом и солью: кланяемся тебе сахарцом и кузовком вина.
— Нечего их ни жалеть, ни жаловать! — сказал старичок в голубой ленте. — Швабрина сказнить не беда; а не худо и господина офицера допросить порядком: зачем изволил пожаловать. Если он тебя государем не признает, так нечего у тебя и управы искать, а коли признает, что же он до сегодняшнего дня сидел в Оренбурге с
твоими супостатами? Не прикажешь ли свести его в приказную да запалить там огоньку: мне сдается, что его
милость подослан к нам от оренбургских командиров.