Неточные совпадения
При слове «вассал» Миних и Остерман встали с
мест своих, — последний, охая и жалуясь на подагру, — оба смотря друг на друга
в каком-то странном ожидании. Никогда еще Волынской не доходил до такой отчаянной выходки; ему наскучило уж долее скрываться.
Молодая женщина сама уж взяла на руки дитя, несмотря на заботливые предложения слуги понести это бремя. Потом вся эта занимательная группа побрела далее, чрез дворцовую площадь,
в каком-то сумрачном благоговении, молча, с поникшими
в землю взорами, как будто шла на поклонение святым
местам. Сам малютка, смотря на пасмурное лицо молодой женщины, долго не смел нарушить это благочестивое шествие. Но против дворца необычайность поразившего его зрелища заставила его вскрикнуть...
(Говоря «вот тут», Дмитрий Федорович ударял себя кулаком по груди и с таким странным видом, как будто бесчестие лежало и сохранялось именно тут на груди его,
в каком-то месте, в кармане может быть, или на шее висело зашитое.)
Надо сказать, что он, сколько известно было, служил прежде каким-то полицейским чиновником по пожарной части и потерял это место за неблаговидные дела, потом проходил служение
в каком-то месте вроде экзекуторского.
Неточные совпадения
С большим трудом и с помощью дядиных протекций, проведя два месяца
в каллиграфических уроках, достал он наконец
место списывателя бумаг
в каком-то департаменте.
— Он — двоюродный брат мужа, — прежде всего сообщила Лидия, а затем,
в тоне осуждения, рассказала, что Туробоев служил
в каком-то комитете, который называл «Комитетом Тришкина кафтана», затем ему предложили
место земского начальника, но он сказал, что
в полицию не пойдет. Теперь пишет непонятные статьи
в «Петербургских ведомостях» и утверждает, что муза редактора — настоящий нильский крокодил, он живет
в цинковом корыте
в квартире князя Ухтомского и князь пишет передовые статьи по его наущению.
Налево, сбоку от Мити, на
месте, где сидел
в начале вечера Максимов, уселся теперь прокурор, а по правую руку Мити, на
месте, где была тогда Грушенька, расположился один румяный молодой человек,
в каком-то охотничьем как бы пиджаке, и весьма поношенном, пред которым очутилась чернильница и бумага.
Но центр народной жизни везде, он
в глубине каждого русского человека и каждой пяди русской земли, его нет
в каком-то особом
месте.
Письмоводитель, сухой, поджарый человек с беспокойными умными глазами, пришел доложить, что Шустова содержится
в каком-то странном фортификационном
месте, и что бумаг о ней не получалось.