Бирон после этого письма падет решительно… а Артемий, ее милый Артемий,
будет в милости, в чести, в славе, дитя его не умрет, жена не посмеет его упрекнуть ни в чем…
Неточные совпадения
— Ныне, завтра, — отвечала она, — мне все равно, лишь бы твоей
милости в угоду
было.
— У нас, по
милости хозяина, во всякое время найдется довольно вин, чтобы виноватым
быть. Беда, беда сбитенщику! За ним, я вижу, опять недоимка. Зуда, не отходи от него, пока не очистит, а то
в доимочный приказ, и на мороз босыми ногами.
— Начинаю верить, что ты не причастна злодеяниям разбойника; а то жаль
было мне славной бабенки. Зато и голова у тебя цела, да еще жди
милостей от самого герцога. Барин большой, выше его нет
в России — что я говорю,
в России? —
в подсолнечной! барин добрый, щедрый, стоит только знать его.
Право, стыдно говорить вам даже наедине, о чем они кричат на площадях и
будут кричать
в кабинете, помяните мое слово!.. будто я, герцог Курляндии, богатый свыше моих потребностей доходами с моего государства и более всего
милостями той, которой одно мое слово может доставить мне миллионы… будто я из корыстных видов защищаю правое дело.
По нескольку дней сряду несчастная Мариула искала добраться до княжны Лелемико: ни разу ее не допустили.
В разное время дня, даже по ночам,
в жестокий мороз, становилась она на страже против дворца и выжидала, не проедет ли милое, бесценное для нее существо, не взглянет ли хоть сквозь окно, почуяв сердцем свою мать. Но о княжне Лелемико долго не
было слова. Наконец, цыганка узнала, что она
была очень нездорова, но что теперь ей лучше и она
в прежней
милости у государыни. Это несколько успокоило бедную мать.
Дай-ка укрепиться
в этой
милости, перехитрить архиплутов, и тогда пущу такой доклад, что от него
будет им жарко, как
в пекле!
У квартиры Педрилло успел еще Артемий Петрович
быть замеченным государыней и —
в отсутствие Бирона, уходившего вперед установить зрелище, — взыскан
милостью ее, выраженною глазами и на словах.
Не обошлось, однако ж, без новых тайных переговоров
в соседней каморке, где Василию Кирилловичу предлагали
милости, какие ему самому угодно
будет назначить.
Теперь, когда она не нужна мне более,
в эту решительную минуту, когда я могу все потерять от вашего гнева и все приобресть от ваших
милостей, я признаюсь, что моя преданность к герцогу
была только личина.
И он настоял на своем. Неизвестно, как сошла ему с рук эта самодурская выходка. Впрочем, вся Москва любила свое училище, а Епишка, говорят,
был в милости у государя Александра II.
Умный и хитрый князь Никита сумел не только
быть в милости у царя, но и в дружбе со всеми «опричниками», ненавидевшими бояр. Малюта Скуратов считал его своим искренним другом, даже после того, как князь ловко уклонился от разговора о возможности породниться с «грозою опричины», разговора, начатого Григорием Лукьяновичем спустя несколько месяцев после «столования» у князя Василия.
Неточные совпадения
Купцы. Так уж сделайте такую
милость, ваше сиятельство. Если уже вы, то
есть, не поможете
в нашей просьбе, то уж не знаем, как и
быть: просто хоть
в петлю полезай.
Слесарша.
Милости прошу: на городничего челом бью! Пошли ему бог всякое зло! Чтоб ни детям его, ни ему, мошеннику, ни дядьям, ни теткам его ни
в чем никакого прибытку не
было!
Хлестаков. Я, признаюсь, литературой существую. У меня дом первый
в Петербурге. Так уж и известен: дом Ивана Александровича. (Обращаясь ко всем.)Сделайте
милость, господа, если
будете в Петербурге, прошу, прошу ко мне. Я ведь тоже балы даю.
Трудись! Кому вы вздумали // Читать такую проповедь! // Я не крестьянин-лапотник — // Я Божиею
милостью // Российский дворянин! // Россия — не неметчина, // Нам чувства деликатные, // Нам гордость внушена! // Сословья благородные // У нас труду не учатся. // У нас чиновник плохонький, // И тот полов не выметет, // Не станет печь топить… // Скажу я вам, не хвастая, // Живу почти безвыездно //
В деревне сорок лет, // А от ржаного колоса // Не отличу ячменного. // А мне
поют: «Трудись!»
Милон. Это его ко мне
милость.
В мои леты и
в моем положении
было бы непростительное высокомерие считать все то заслуженным, чем молодого человека ободряют достойные люди.