Неточные совпадения
Над шкафом, как я сказал, будто в изгнании, живописный, средней руки, портрет какого-то рыцаря с гордой осанкой, в
панцире.
— А этот (он указал на портрет рыцаря в
панцире) — отец моей жены. Панцирный боярин. Вы, конечно, не знаете, что это за звание?
Но гонор их еще не угас, в сундуках у некоторых хранятся еще
панцири.
Вот и этот из числа их (Ранеев гневно взглянул на портрет рыцаря в
панцире).
Он вынул из заветного шкапа боярский
панцирь своего прадеда, счистил с него ржавчину и стал приготавливаться к встрече будущего пана круля, который при этом случае должен будет возвратить ему утраченное шляхетство.
Неточные совпадения
С своей стороны, я предвижу возможность подать следующую мысль: колет [Колет (франц.) — короткий мундир из белого сукна (в кирасирских полках).] из серебряного глазета, сзади страусовые перья, спереди
панцирь из кованого золота, штаны глазетовые же и на голове литого золота шишак, увенчанный перьями.
Около другой фанзочки были нагромождены груды
панцирей крабов, высохших и покрасневших на солнце. Тут же на циновках сушилось мясо, взятое из ног и клешней животных.
Простые линии, их гармоническое сочетание, ритм, числовые отношения представляют нечто таинственное и с тем вместе неполное, Здание, храм не заключают сами в себе своей цели, как статуя или картина, поэма или симфония; здание ищет обитателя, это — очерченное, расчищенное место, это — обстановка, броня черепахи, раковина моллюска, — именно в том-то и дело, чтоб содержащее так соответствовало духу, цели, жильцу, как
панцирь черепахе.
Но вскоре вспомнил витязь мой, // Что добрый меч герою нужен // И даже
панцирь; а герой // С последней битвы безоружен.
Впрочем, рассуждая глубже, можно заметить, что это так и должно быть; вне дома, то есть на конюшне и на гумне, Карп Кондратьич вел войну, был полководцем и наносил врагу наибольшее число ударов; врагами его, разумеется, являлись непокорные крамольники — лень, несовершенная преданность его интересам, несовершенное посвящение себя четверке гнедых и другие преступления; в зале своей, напротив, Карп Кондратьич находил рыхлые объятия верной супруги и милое чело дочери для поцелуя; он снимал с себя тяжелый
панцирь помещичьих забот и становился не то чтобы добрым человеком, а добрым Карпом Кондратьичем.