Неточные совпадения
От маковки головы до конца век
левого глаза врезался глубокий шрам, опустивший таким
образом над этим глазом вечную занавеску; зато другой глаз вправлен был в свое место, как драгоценный камень чудной воды, потому что блистал огнем необыкновенным и, казалось, смотрел за себя и своего бедного собрата.
— Во имя отца и сына и святого духа, — сказал он твердым голосом, держа
левою рукой
образ, а правою сотворив три крестные знамения, — этим божиим милосердием благословляю тебя, единородный и любезный сын мой Иван, и молю, да подаст тебе святой великомученик Георгий победу и одоление над врагом. Береги это сокровище, аки зеницу ока; не покидай его никогда, разве господь попустит ворогу отнять его у тебя. Знаю тебя, Иван, не у живого отнимут, а разве у мертвого. Помни на всякий час благословение родительское.
Неточные совпадения
Плюшкин приласкал обоих внуков и, посадивши их к себе одного на правое колено, а другого на
левое, покачал их совершенно таким
образом, как будто они ехали на лошадях, кулич и халат взял, но дочери решительно ничего не дал; с тем и уехала Александра Степановна.
Характер растительности был тот же самый, что и около поста Ольги. Дуб, береза, липа, бархат, тополь, ясень и ива росли то группами, то в одиночку. Различные кустарники, главным
образом, леспедеца, калина и таволга, опутанные виноградом и
полевым горошком, делали некоторые места положительно непроходимыми, в особенности если к ним еще примешивалось чертово дерево. Идти по таким кустарникам в жаркий день очень трудно. Единственная отрада — ручьи с холодною водою.
Стало быть, когда супруги соединяются, они образуют только одно тело и одну душу; правая сторона тогда соединена с
левою соответственным
образом» — Zohar, I, 91b (I. de Pauly, I, 520–521).
В тотемах, гербах и священных
образах символически выражается эта идеальная реальность рода: есть волк не только как совокупность волков, но и как волчиность, и
лев как львиность, и агнец как агнчество; есть роза, цветущая в Софии, и лилия Благовещения; есть злато, ладан и смирна, приличествующие для подношения Вифлеемскому Младенцу отнюдь не по произвольному избранию, но по внутренней природе своей.
Ибо кто мог бы понять неименуемое единство, которое бесконечно предшествует всякому противоречию, где все без сложности совокуплено в простоте единства, без другого и противоположности, где человек не отличается от
льва, а небо не отличается от земли, и тем не менее каждое существует самым подвижным
образом, не в своей конечности, но как само величайшее единство!