— Афоня! это ты? — радостно спросил он; но, увидав, что принял вошедшего за другого, присовокупил с грустью: — Ах, это ты, Небогатый!.. Что ж нейдет Афоня?.. Мне скучно, мне тошнехонько, меня тоска гложет, будто змея подколодная лежит у сердца. Ведь ты сказал, что будет Афоня, когда огни зажгут в домах?
Маменька не учит её, «оттого что, – говорит она, – надо оправиться мне от тяжкой потери; тошнехонько! ничто на ум нейдёт; словно, как на сердце камень».
Маменька не учит её, «оттого что, – говорит она, – надо оправиться мне от тяжкой потери; тошнехонько! ничто на ум нейдёт; словно, как на сердце камень».