Цитаты со словом «антон»
Область
поиска
поиска
Область
поиска
поиска
— Я разгадаю эту загадку, — молвила баронесса ласковым голосом, — Антон разумел тут и Любушу.
Запрещено было садиться на стул, на котором Антон обыкновенно сиживал во время стола, или сдвигать его с места.
Мы узнали, что Антон — сын баронессы Эренштейн. Скажем еще более: отец его жив, богат, знатен, занимает важную должность при императоре Фридерике III; но в замке богемском знают эту тайну баронесса да старый Ян, никто более. Прочие жители башни, сам Антон почитают его умершим. Но для чего это? Зачем, в каком звании ехал молодой Эренштейн на Русь?
Антон был лекарь.
Маленький Антон был пригож, как розан; с каждым днем расцветал он более и более под лучом ее взоров, согреваемый ее нежными попечениями; вместе с ним расцветала и мать.
Из двух детей Антон был, конечно, ее любимцем; Фердинанд пользуется всеми правами рождения, согрет каждый день у груди матери, растет в неге родительских попечений, избалован тщеславием отца; угадывают его желания, чтобы предупредить их.
Амалия несчастна, изгнанница из сердца супруга — Антон также несчастен, также изгнанник; черты его — черты матери, характер — вылит в форму ее души; он любит ее даже более своего воспитателя.
Между тем Антон рос и воспитывался в Падуе под именем бедного немецкого дворянина Эренштейна.
На двадцать пятом году Антон Эренштейн кончил свой медицинский курс в падуанском университете.
Антон — лекарем, мщение Фиоравенти удовлетворено.
Антон желал быть там, где не ступала еще нога врача.
Правда, самое время, в которое жил Антон, настроивало умы к преследованию неизвестного, служило его мечтам извинением.
Не слышно еще было, чтобы какой известный врач посетил Московию. А сколько добра мог бы он там сделать!.. Врачуя, всего легче, удобнее просвещать; человек всегда охотнее повинуется своему благотворителю. «Народ русский юн, свеж, следовательно, готов принять все прекрасное и высокое!» — думал Антон. В Московию, Антон! туда, с твоею пламенною душой, с твоими девственными надеждами и учеными опытами, туда, в эту восточную Колумбию!
Однако ж, несмотря на соблазны итальянских сирен, на пламенный вызов их очей и бесед, на букеты цветов и плоды, которые они, по тамошнему обыкновению, бросали в него из окон своих, Антон Эренштейн вынес из Италии сердце, свободное от всякой страсти или порочной связи.
Если может быть рай на земле, так Антон испытал его целый месяц в богемском замке. О! конечно, не променял бы он этого бедного жилища, дикой природы на берегах Эльбы, ласк убогой матери, которой старость мог он успокоить своими трудами и любовью; нет, не променял бы всего этого на великолепные палаты, на старания знатных родителей пристроить его ко двору императора, на раболепную прислугу многочисленных вассалов, которых он властен был бы травить собаками.
Может статься, в это самое время Антон вспомнил душистый воздух Италии, тамошние дворцы и храмы под куполом роскошного неба, высокие пирамиды тополей и виноградные лозы своего отечества; может статься, он вспомнил слова Фиоравенти: «Пройдя через эти ворота, назад не возвращаются»; вспомнил слезы матери — и грустно поникнул головой.
— Зато и творит вековое, а не поденничает, — перебил Антон с благородным гневом. — Кто из вас помогал ему выпрямить колокольню в Ченто? Вы только зевали, когда он сдвигал del tempio la Magione! [Колокольню святой Марии в Болони.] Вырастите до него, и тогда померяйтесь с ним. А теперь… берегитесь!.. он одним гениальным взором вас задавит.
Прошло первое неприятное впечатление обманутой мечты, и Антон утешился.
— Что кричат эти мальчики? — спросил Антон своего извозчика, понимавшего русский язык.
Антон, не понимая речей слободских жителей, догадывался, однако ж, по недоброжелательству, которое выражали их лица, по суровости взглядов, бросаемых на проезжих, что тут живут не кроткие дети времен патриархальных.
Напротив, Антон рассматривал его с каким-то грустным предчувствием, хотя соглашался с товарищами, что не пожар причиною этого явления.
Антон и его товарищи просили приставов освободить их от печального зрелища.
Антон стал, через переводчика, объяснять с жаром свою просьбу.
Действительно, это был Антон.
— О, совершенно правда, — отвечал, улыбаясь, Антон.
— И, вероятно, ошиблись, — перебил Антон, покраснев, как молодая девушка. — Слышно, здесь запирают женщин и для мужчины невозможна победа, каким бы ни обладал он даром обольщения.
Антон усмехнулся; но, боясь оскорбить рассказчика, сделался по-прежнему внимателен. Переводчик продолжал...
Хотел Антон перебить его, чтобы спросить подробнее о состоянии иноземцев на Руси; но книгопечатник не останавливался и продолжал печатать свои вести не хуже цилиндрического станка.
— А как зовут ее? — спросил, улыбаясь, Антон.
— Эти вопросы, один за другим, сыпались от излияния горячей, любящей души так скоро, что Антон не успевал отвечать на них.
И мальчик бросился с чувствами недетскими на грудь названого брата. Антон принял его в свои объятия и целовал в голову.
— Письмо от моего второго отца, — сказал Антон, подавая его художнику, — в чаду ваших дружеских ласк, я едва не забыл отдать его.
— В самом деле? — сказал, краснея, Антон. — Постарайся ж разуверить ее.
Здесь художник глубоко вздохнул, и слезы выступили на глазах его. Антон пожал ему руку, по сочувствию одной и той же любви к прекрасному, хотя и в разных видах, и спешил облегчить сердце его горячими утешениями, в которых художник так нуждался.
Как ловко сидел Антон на коне, как мастерски управлял им!
Антон пожал ему руку, как бы в благодарность за хорошее мнение о нем, и, когда они выехали из ворот, новость предметов, окруживших со всех сторон приезжего и чужеземца, отвлекла его мысли от синьорины Анастасии. Нечего таить, она делалась для него интересною, как таинственная героиня рыцарской повести, скрываемая в очарованном замке.
— Кто так пламенно говорит о будущности, презирая мирские почести и корысть, конечно, произведет достойное бессмертия, — отвечал Антон с восторгом.
— Какие молодцы! — сказал Антон. — Если не ошибаюсь, лицо одного мне знакомо.
— Русские чуждаются и христиан-неединоверцев, а государь их сообщается с жидами, — перебил Антон. — Вот каково!
Потом расспрашивал он врача, доволен ли отпускаемыми припасами, не нужно ли ему чего, и, когда Антон успокоил его на счет свой, завел с ним беседу о состоянии Италии, о папе, о политических отношениях тамошних государств и мнении, какое в них имеют о Руси. Умные вопросы свои и нередко умные возражения облекал он в грубые формы своего нрава, времени и местности. Довольный ответами Эренштейна, он не раз повторял Аристотелю с видимым удовольствием...
Каждого освидетельствовал Антон, каждому, с помощью Аристотеля, сделал вопросы, узаконенные наукой, и разрешил узы каждому, сказав, что он здоров и не требует никакого лекарства.
И вот как Антон захотел пошутить над ними, а более над последним, к которому чувствовал отвращение.
— Да, государь, переведя кровь одного в жилы другого, — отвечал Антон.
Антон покраснел и колебался было, исполнять ли ему прихотливую волю великого князя; но, убежденный взором Аристотеля и мыслью, что женщине, слабому, нежному созданию, дорог ее любимец, отвечал...
— Любовь всегда сильнее власти, — отвечал Антон, увлеченный благородством своего характера и хотевший начать роль друга человечества и советника царя, которую мечты начертали ему в таком блистательном виде.
— Да! ты и я прекрасно начали свои подвиги, — прервал Антон иронически. — Ты, собираясь на создание чудного храма божьей матери, обжигаешь кирпичи и растворяешь известь. А я хоть не оделен, подобно тебе, дарами небесными, но, приехав сюда из такой дали, чтобы положить несколько лепт в сокровищницу наук, я лечу языки у попугаев и делаю шутовской смотр языкам придворных рабов. Начало не обещает многого.
— Друга, союзника? — сказал Антон с изумлением. — Как же согласить с этим их заключение?
— Много, много месяца три, а может быть, только до весенних вод, — отвечал Антон. — Ей не помогут никакие лекарства — кровь верный передовой смерти.
Антон в земле чужой был почти одинок.
Вот наконец являются к нему московитские пациенты. Видно, отбросили ненависть к иностранцу и страх к чародею, каким его до сих пор почитали! Милости просим, милости просим. Наконец за дело, Антон! Сердце твое бьется сладкою надеждою помочь страждущему человечеству. Пусть осаждают тебя днем и ночью, не дают тебе покоя: эти докуки, эти труды сладки для тебя; ты не променяешь их на безделье роскошного богача.
Выдержки из русской классики со словом «антон»
Синонимы к слову «антон»
Предложения со словом «антон»
- Ну да, Антон выглядел тогда брутально в образе рок-музыканта.
- – Антон говорит, покойники ночами с кладбища удирают, по улицам гуляют. Одного мы сейчас видели.
- Антон сидел на улице.
- (все предложения)
Значение слова «Антон»
Анто́н — мужское русское личное имя латинского происхождения. Восходит к лат. Antonius — древнеримскому родовому имени Антониев; его происхождение неизвестно, вероятно, у него этрусские корни. По другой версии, возможно, оно происходит от др.-греч. αντεω, ανταω («состязаться», «вступать в бой») — одного из эпитетов Диониса. Церковная форма имени — Анто́ний. (Википедия)
Отправить комментарий
Значение слова «Антон»
Анто́н — мужское русское личное имя латинского происхождения. Восходит к лат. Antonius — древнеримскому родовому имени Антониев; его происхождение неизвестно, вероятно, у него этрусские корни. По другой версии, возможно, оно происходит от др.-греч. αντεω, ανταω («состязаться», «вступать в бой») — одного из эпитетов Диониса. Церковная форма имени — Анто́ний.
Все значения слова «Антон»Предложения со словом «антон»
Ну да, Антон выглядел тогда брутально в образе рок-музыканта.
– Антон говорит, покойники ночами с кладбища удирают, по улицам гуляют. Одного мы сейчас видели.
Антон сидел на улице.
- (все предложения)