Неточные совпадения
— Да нет,
черт побери,
я пойду и приволоку его сюда. Честное слово, они оба славные ребята — и Борис и Васька. Но еще молоды и на свой собственный хвост лают.
Я иду за ними и ручаюсь, что Борис извинится.
— Зачем же,
черт побери, ты здесь толчешься?
Я чудесно же вижу, что многое тебе самому противно, и тяжело, и больно. Например, эта дурацкая ссора с Борисом или этот лакей, бьющий женщину, да и вообще постоянное созерцание всяческой грязи, похоти, зверства, пошлости, пьянства. Ну, да раз ты говоришь, —
я тебе верю, что блуду ты не предаешься. Но тогда
мне еще непонятнее твой modus vivendi [Образ жизни (лат.)], выражаясь штилем передовых статей.
— Слушай же, Нижерадзе,
я тебя, наконец, серьезно прошу. Пойми же,
черт тебя
побери, что
я не один, а с женщиной. Свинья!
И как,
черт побери, какими глазами погляжу
я на нее завтра?»
—
Черт бы его
побрал, старую скотину!..
Я так и знал, что замок с секретом. Тут надо знать буквы… Придется плавить электричеством, а это
черт знает сколько времени займет.
Лица у них были полные и круглые, на иных даже были бородавки, кое-кто был и рябоват, волос они на голове не носили ни хохлами, ни буклями, ни на манер «
черт меня побери», как говорят французы, — волосы у них были или низко подстрижены, или прилизаны, а черты лица больше закругленные и крепкие.
Сосед мой, в свеженькой коломянковой паре, шляпе калабрийского разбойника и шотландском шарфике, завязанном «неглиже с отвагой, а-ля
черт меня побери», был человек с легкой проседью на висках и с бритым актерским лицом.
— А это другое дело; это совсем другое дело; тут нет никакого шпионства, а я, видишь… я тебе откровенно признаюсь, я,
черт меня побери, как на себя ни злюсь, но я совсем неспособен к этой службе.
— Ездил я, братец, в деревню недавно, — слышал? И я тебе скажу: девочки там — такие — фью! Знаешь, — дочери природы эдакие… ядрёные, знаешь, не уколупнёшь её, шельму… И всё это дёшево,
чёрт меня побери! Скляницу наливки, фунт пряников, и — твоя!
Неточные совпадения
Городничий.
Я сам, матушка, порядочный человек. Однако ж, право, как подумаешь, Анна Андреевна, какие мы с тобой теперь птицы сделались! а, Анна Андреевна? Высокого полета,
черт побери! Постой же, теперь же
я задам перцу всем этим охотникам подавать просьбы и доносы. Эй, кто там?
— Отчего ж неизвестности? — сказал Ноздрев. — Никакой неизвестности! будь только на твоей стороне счастие, ты можешь выиграть чертову пропасть. Вон она! экое счастье! — говорил он, начиная метать для возбуждения задору. — Экое счастье! экое счастье! вон: так и колотит! вот та проклятая девятка, на которой
я всё просадил! Чувствовал, что продаст, да уже, зажмурив глаза, думаю себе: «
Черт тебя
побери, продавай, проклятая!»
Что занимаюсь философией да иной раз нет времени, так уж
я и не отец? ан вот нет же, отец! отец,
черт их
побери, отец!
— Передавай, передавай, Денис, Козьме! Козьма, бери хвост у Дениса! Фома Большой, напирай туды же, где и Фома Меньшой! Заходи справа, справа заходи! Стой, стой,
черт вас
побери обоих! Запутали
меня самого в невод! Зацепили, говорю, проклятые, зацепили за пуп.
— Мы — в равных условиях,
меня тоже хотят купить, — понимаете?
Черт их
побери, всех этих Бердниковых в штанах и в юбках, но ведь — хочешь не хочешь — а нам приходится продавать свои знания.