Неточные совпадения
Обрати внимание
на ее обиходный словарь тридцать — сорок слов, не более, — совсем как у ребенка или дикаря: есть, пить,
спать, мужчина,
кровать, хозяйка, рубль, любовник, доктор, больница, белье, городовой — вот и все.
— Врешь ты все, актер! — сказала вдруг пьяная Манька Беленькая, глядя с ненавистью
на Эгмонта-Лаврецкого. — Ничего она не шепчет, а преспокойно
спит с мужчиной
на твоей
кровати.
Обычная обстановка бедного холостого студента: провисшая, неубранная
кровать со скомканным одеялом, хромой стол и
на нем подсвечник без свечи, несколько книжек
на полу и
на столе, окурки повсюду, а напротив
кровати, вдоль другой стены — старый-престарый диван,
на котором сейчас
спал и храпел, широко раскрыв рот, какой-то чернокудрый и черноусый молодой человек.
Долго воевал Патап Максимыч, наконец, утомленный, убитый горем, пластом
упал на кровать и зарыдал страшными рыданьями.
— Вы… вы с ума сошли! Вы не смеете… — Она пятилась задом — села, вернее,
упала на кровать — засунула, дрожа, сложенные ладонями руки между колен. Весь пружинный, все так же крепко держа ее глазами на привязи, я медленно протянул руку к столу — двигалась только одна рука — схватил шток.
Неточные совпадения
Селифан лег и сам
на той же
кровати, поместив голову у Петрушки
на брюхе и позабыв о том, что ему следовало
спать вовсе не здесь, а, может быть, в людской, если не в конюшне близ лошадей.
Он сделал это так неловко, что задел образок моего ангела, висевший
на дубовой спинке
кровати, и что убитая муха
упала мне прямо
на голову.
Накануне погребения, после обеда, мне захотелось
спать, и я пошел в комнату Натальи Савишны, рассчитывая поместиться
на ее постели,
на мягком пуховике, под теплым стеганым одеялом. Когда я вошел, Наталья Савишна лежала
на своей постели и, должно быть,
спала; услыхав шум моих шагов, она приподнялась, откинула шерстяной платок, которым от мух была покрыта ее голова, и, поправляя чепец, уселась
на край
кровати.
А у людоеда было 7 девочек, такие же маленькие, как мальчиковы братья. Девочки все лежали и
спали на одной
кровати, и у каждой девочки
на голове была золотая шапочка. Мальчик с пальчик приметил это, и, когда людоед с женой ушли, он потихоньку спял шапочки с людоедовых дочерей и надел их
на себя и
на братьев, а свою и братнины шапочки надел
на девочек.
— Не знаю, — ответил Самгин, невольно поталкивая гостя к двери, поспешно думая, что это убийство вызовет новые аресты, репрессии, новые акты террора и, очевидно, повторится пережитое Россией двадцать лет тому назад. Он пошел в спальню, зажег огонь, постоял у постели жены, — она
спала крепко, лицо ее было сердито нахмурено. Присев
на кровать свою, Самгин вспомнил, что, когда он сообщил ей о смерти Маракуева, Варвара спокойно сказала: