— Ах, я очень рада! — отвечала Бетси, тотчас же поняв, что он говорит про Анну. И,
вернувшись в залу, они стали в углу. — Он уморит ее, — сказала Бетси значительным шопотом. — Это невозможно, невозможно…
Смердяков бросился за водой. Старика наконец раздели, снесли в спальню и уложили в постель. Голову обвязали ему мокрым полотенцем. Ослабев от коньяку, от сильных ощущений и от побоев, он мигом, только что коснулся подушки, завел глаза и забылся. Иван Федорович и Алеша
вернулись в залу. Смердяков выносил черепки разбитой вазы, а Григорий стоял у стола, мрачно потупившись.
— Что ж, он хотел обмануть вашу мать, или они оба были в заговоре против вас? — Верочка горячо стала говорить, что ее мать уж не такая же дурная женщина, чтобы быть в заговоре. — Я сейчас это увижу, — сказала Жюли. — Вы оставайтесь здесь, — вы там лишняя. — Жюли
вернулась в залу.
С телеграфа я
вернулся в зал, где уже кончилось торжество, и встретил секретаря Витте, который роздал только что написанную на машинке речь министра всем корреспондентам, которые решили ввиду краткости времени речь эту телеграфировать только завтра.
Неточные совпадения
Перед ним двигалось привидение
в белом и исчезло
в вестибюле, где стало подниматься по лестнице во второй этаж. Крейцберг пустил вслед ему пулю, выстрел погасил свечку, — пришлось
вернуться. На другой день наверху,
в ободранных
залах, он обнаружил кучу соломы и рогож — место ночлега десятков людей.
В памяти моей сохранился и другой факт, который я приведу здесь еще раз, не смущаясь тем, что я уже рассказывал о нем раньше. Милль обещал мне подождать меня
в Нижней палате и ввести на одно, очень ценное для меня, заседание. Я отдал при входе
в зал привратнику свою карточку и попросил передать ее Миллю. Привратник
вернулся, говоря, что нигде — ни
в зале заседаний, ни
в библиотеке, ни
в ресторане — не нашел"мистера Милля". Я так и ушел домой, опечаленный своей неудачей.
Она не присутствовала даже на похоронах, с которых князь
вернулся мрачнее тучи и прямо прошел
в свой кабинет, откуда не выходил десять дней, и лишь после отслуженной на девятый день
в зале,
в его присутствии, панихиды, с нежностью приласкал одетую
в траурное платьице сироту.
На Катрю Анфиса Егоровна не обратила никакого внимания и точно не замечала ее.
В зале она велела переставить мебель,
в столовой накрыли стол по-новому,
в Нюрочкиной комнате постлали ковер — одним словом, произведена была маленькая революция, а гостья все ходила из комнаты
в комнату своими неслышными шагами и находила новые беспорядки. Когда
вернулся с фабрики Петр Елисеич, он заметно смутился.