Подавали на стол, к чаю, красное крымское вино, тартинки с маслом и сыром, сладкие сухари. Играл на пианино все тот же маленький, рыжеватый, веселый Панков из консерватории, давно сохнувший по младшей дочке Любе, а когда его не было, то заводили механический музыкальный ящик «Монопан» и плясали под него. В то время не было ни одного дома в Москве, где бы не танцевали при всяком удобном случае, до полной усталости.
Юнкер чувствует, что теперь наступил самый подходящий момент для комплимента, но он потерялся. Сказать бы: «О нет, вы гораздо красивее!» Выходит коротко и как-то плоско. «Ваша красота ни с чем и ни с кем не сравнима». Нехорошо, похоже на математику. «Вы прелестнее всех на свете». Это, конечно, будет правда, но как-то пахнет штабным писарем. Да уж теперь и поздно. Удобная секунда промелькнула и не вернется. «Ах, как досадно. Какой я тюлень!»
Венсан свободно и недурно владел французским языком и потому был очень удобным кавалером для рыжей мисс Дэлли. Впрочем, и по виду они представляли такую крупную, ладно подобранную пару, что на них охотно заглядывалась публика катка.
Здесь было несколько очень удобных кресел и лёгкий стол на бесшумных колёсиках, на котором стояли бутылки с напитками, стаканы и два блюда с чем-то прозрачным, наподобие желе.
…старость удобней, чем то, что молодостью зовут и что связано с болью неизвестности, с поисками, с сильно потертым пальто, с непризнанием, с неразделенной любовью.
Я считаю, что это очень удобный случай понаблюдать, сделать определённые выводы, так сказать.
Здесь было несколько очень удобных кресел и лёгкий стол на бесшумных колёсиках, на котором стояли бутылки с напитками, стаканы и два блюда с чем-то прозрачным, наподобие желе.
– Правильно. Вон напротив офис родной газеты, перешёл дорогу – и тут. Очень удобное место для встреч.