Неточные совпадения
— Мне
одной было бы здесь страшно. Алеша… Какой ты сильный… Обними меня… Еще… крепче, крепче… Возьми меня
на руки. Алеша… понеси меня… Она была легка, как перышко. Держа ее
на руках, я почти бегом пробежал аллею, а Кэт все сильней, все нервней обвивала мою шею, целовала мою щеку и висок и шептала, обдавая мое лицо порывистым горячим
дыханием...
Неточные совпадения
Бывало, как досыта набегаешься внизу по зале,
на цыпочках прокрадешься наверх, в классную, смотришь — Карл Иваныч сидит себе
один на своем кресле и с спокойно-величавым выражением читает какую-нибудь из своих любимых книг. Иногда я заставал его и в такие минуты, когда он не читал: очки спускались ниже
на большом орлином носу, голубые полузакрытые глаза смотрели с каким-то особенным выражением, а губы грустно улыбались. В комнате тихо; только слышно его равномерное
дыхание и бой часов с егерем.
Он сидел
на кровати в темноте, скорчившись и обняв свои колени и, сдерживая
дыхание от напряжения мысли, думал. Но чем более он напрягал мысль, тем только яснее ему становилось, что это несомненно так, что действительно он забыл, просмотрел в жизни
одно маленькое обстоятельство ― то, что придет смерть, и всё кончится, что ничего и не стоило начинать и что помочь этому никак нельзя. Да, это ужасно, но это так.
Должно сказать правду: не отличался ты излишним остроумием; природа не одарила тебя ни памятью, ни прилежанием; в университете считался ты
одним из самых плохих студентов;
на лекциях ты спал,
на экзаменах — молчал торжественно; но у кого сияли радостью глаза, у кого захватывало
дыхание от успеха, от удачи товарища?
Чертопханов перестал скитаться из угла в угол; он сидел весь красный, с помутившимися глазами, которые он то опускал
на пол, то упорно устремлял в темное окно; вставал, наливал себе водки, выпивал ее, опять садился, опять уставлял глаза в
одну точку и не шевелился — только
дыхание его учащалось и лицо все более краснело.
Она сидела в двадцати шагах от меня, задумчиво потупив голову и уронив обе руки
на колени;
на одной из них, до половины раскрытой, лежал густой пучок полевых цветов и при каждом ее
дыханье тихо скользил
на клетчатую юбку.