Однажды
в середине июня, под вечер, я, по обыкновению, ожидал Олесю на повороте узкой лесной тропинки между кустами цветущего боярышника. Я еще издали узнал легкий, быстрый шум ее шагов.
Неточные совпадения
Потом я пробовал заняться лечением перебродских жителей.
В моем распоряжении были: касторовое масло, карболка, борная кислота, йод. Но тут, помимо моих скудных сведений, я наткнулся на полную невозможность ставить диагнозы, потому что признаки болезни у всех моих пациентов были всегда одни и те же: «
в сере́дине болит» и «ни есть, ни пить не можу».
—
В сере́дине у меня болит, панычу,
в самой что ни на есть сере́дине, так что даже ни пить, ни есть не можу.
Мы
в это время находились как раз на
середине длинной, узкой и прямой, как стрела, лесной просеки. Высокие, стройные сосны обступали нас с обеих сторон, образуя гигантский, уходящий вдаль коридор со сводом из душистых сплетшихся ветвей. Голые, облупившиеся стволы были окрашены багровым отблеском догорающей зари…
Там стоял полный, непроницаемый мрак, и только
в самой
середине его скользнувший неведомо откуда луч вдруг ярко озарял длинный ряд деревьев и бросал на землю узкую правильную дорожку, — такую светлую, нарядную и прелестную, точно аллея, убранная эльфами для торжественного шествия Оберона и Титании.
Вдруг где-то
в самой
середине толпы раздался пьяный, хриплый выкрик, который я, однако, ясно не расслышал, но
в ответ на него раздался сдержанный хохот.
Мое предчувствие не обмануло меня. Олеся переломила свою боязнь и пришла
в церковь; хотя она поспела только к
середине службы и стала
в церковных сенях, но ее приход был тотчас же замечен всеми находившимися
в церкви крестьянами. Всю службу женщины перешептывались и оглядывались назад.
— Поприще службы моей, — сказал Чичиков, садясь в кресла не
в середине, но наискось, и ухватившись рукою за ручку кресел, — началось в казенной палате, ваше превосходительство; дальнейшее же теченье оной продолжал в разных местах: был и в надворном суде, и в комиссии построения, и в таможне.
Спустясь
в середину города, я пошел бульваром, где встретил несколько печальных групп, медленно подымающихся в гору; то были большею частию семейства степных помещиков; об этом можно было тотчас догадаться по истертым, старомодным сюртукам мужей и по изысканным нарядам жен и дочерей; видно, у них вся водяная молодежь была уже на перечете, потому что они на меня посмотрели с нежным любопытством: петербургский покрой сюртука ввел их в заблуждение, но, скоро узнав армейские эполеты, они с негодованием отвернулись.
Все бежали ляхи к знаменам; но не успели они еще выстроиться, как уже куренной атаман Кукубенко ударил вновь с своими незамайковцами
в середину и напал прямо на толстопузого полковника.
Коли так рассуждать, то и на стульях ездить нельзя; а Володя, я думаю, сам помнит, как в долгие зимние вечера мы накрывали кресло платками, делали из него коляску, один садился кучером, другой лакеем, девочки
в середину, три стула были тройка лошадей, — и мы отправлялись в дорогу.
Неточные совпадения
Иван Антонович как будто бы и не слыхал и углубился совершенно
в бумаги, не отвечая ничего. Видно было вдруг, что это был уже человек благоразумных лет, не то что молодой болтун и вертопляс. Иван Антонович, казалось, имел уже далеко за сорок лет; волос на нем был черный, густой; вся
середина лица выступала у него вперед и пошла
в нос, — словом, это было то лицо, которое называют
в общежитье кувшинным рылом.
Даже начальство изъяснилось, что это был черт, а не человек: он отыскивал
в колесах, дышлах, [Дышло — толстая оглобля, прикрепляемая к
середине передней оси повозки при парной упряжке.] лошадиных ушах и невесть
в каких местах, куда бы никакому автору не пришло
в мысль забраться и куда позволяется забираться только одним таможенным чиновникам.
— Пойдем ужинать! — сказала хозяйка, поднявшись с дивана, и выступила на
середину комнаты, закутывая
в шаль молодые продрогнувшие свои члены.
С
середины потолка висела люстра
в холстинном мешке, от пыли сделавшаяся похожею на шелковый кокон,
в котором сидит червяк.
Селифан, прерванный тоже на самой
середине речи, смекнул, что, точно, не нужно мешкать, вытащил тут же из-под козел какую-то дрянь из серого сукна, надел ее
в рукава, схватил
в руки вожжи и прикрикнул на свою тройку, которая чуть-чуть переступала ногами, ибо чувствовала приятное расслабление от поучительных речей.