Уже не впервые он рассматривал Варвару спящей и всегда испытывал при этом чувство недоумения и зависти, особенно острой в те минуты, когда женщина, истомленная его ласками до слез и
полуобморока, засыпала, положив голову на плечо его.
— Нет, прежде положим на постель, — командовала Лидия. Клим отрицательно мотнул головою, в
полуобмороке вышел в гостиную и там упал в кресло.
— Не сметь меня касаться! — рявкнул поручик и, оттолкнув его, посадил в кресло, на револьвер. Тогда Яков, закрыв лицо руками, скрывая слёзы, замер в
полуобмороке, едва слыша, сквозь гул в голове, крики Полины...