Неточные совпадения
Кроме яствий и карт, Хвалынцева немало удивило еще присутствие в этой комнате таких воинственных предметов,
как, например, заряженный револьвер, лежавший на ломберном столе, у того места, на которое сел теперь полковник Пшецыньский; черкесский кинжал на окошке; в углу две охотничьи двухстволки, рядом с двумя саблями, из коих одна, очевидно, принадлежала полковнику, а другая — стародавняя, заржавленная — составляла древнюю принадлежность помещичьего дома.
— Я посылал туда адъютанта, да и
кроме того, мне донесли о всех почти, кто там находился, — продолжал Пшецыньский. — Только не знаю,
как лучше сделать теперь: донести ли сейчас или как-нибудь помягче стушевать это происшествие?
Анатоль целые утра проводил перед зеркалом, громко разучивая свою роль по тетрадке, превосходно переписанной писцом губернаторской канцелярии, и даже совершенно позабыл про свои прокурорские дела и обязанности, а у злосчастного Шписса,
кроме роли, оказались теперь еще сугубо особые поручения, которые ежечасно давали ему то monsieur Гржиб, то madame Гржиб, и черненький Шписс, сломя голову, летал по городу, заказывая для генеральши различные принадлежности к спектаклю, то устраивал оркестр и руководил капельмейстера, то толковал с подрядчиком и плотниками, ставившими в зале дворянского собрания временную сцену (играть на подмостках городского театра madame Гржиб нашла в высшей степени неприличным), то объяснял что-то декоратору, приказывал о чем-то костюмеру, глядел парики у парикмахера, порхал от одного участвующего к другому, от одной «благородной любительницы» к другой, и всем и каждому старался угодить, сделать что-нибудь приятное, сказать что-нибудь любезное, дабы все потом говорили: «ах,
какой милый этот Шписс!
какой он прелестный!» Что касается, впрочем, до «мелкоты» вроде подрядчика, декоратора, парикмахера и тому подобной «дряни», то с ними Шписс не церемонился и «приказывал» самым начальственным тоном: он ведь знал себе цену.
— Да, тепловато, — проговорил Шишкин, чувствуя
как бы некоторую необходимость ответить на фразу, которая в данную минуту ни к кому,
кроме него, не могла относиться.
— Если хотите поступать, я могу объяснить вам все дело,
как и что, одним словом, весь ход, всю процедуру… Научу,
как устроиться, заочно с профессорами познакомлю, то есть дам их характеристики… Ну, а
кроме того, есть там у меня товарищи кое-какие, могу познакомить, дам письма, это все ведь на первое время необходимо в чужом городе.
Он действительно почувствовал, что лишился всей фортуны своей и,
кроме того, еще дозволил насмеяться и надругаться над собою «какому-нибудь» Калистрату Верхохлебову, тогда
как час тому назад он из этого самого Калистрата веревки мог вить, и Калистрат не пикнул бы.
Сходка 20-го сентября не выработала никаких определенных положений, не привела ни к
каким положительным результатам,
кроме того, что всеобщее недовольство возросло еще более.
Кроме честного труда, ничего не имею, а между тем вы знаете ли, что я… что вот этот самый Ардальон Полояров, — говорил он, начиная входить в некоторый умеренный пафос и тыча себя в грудь указательным пальцем, — н-да-с! вот этот самый человек не далее
как нынешней весною мог бы быть богачом капиталистом!
— Известно ровно настолько и так,
как оно есть в действительности, — самым положительным образом заверил Свитка, — а почему известно, это, вот видите ли, я вам объясню насколько возможно.
Кроме правительственной полиции, есть еще другая, которая, быть может, следит, в свою очередь, и за правительственною. Это, так сказать, полиция вне полиции.
Тут было двое каких-то чиновников, весьма приличной и солидной наружности, фамилии которых хотя и были названы, но Хвалынцев —
как это зачастую случается — через минуту, хоть убей, не помнил уже этих фамилий.
Кроме чиновников находился тут еще капитан генерального штаба.
Оставалась в ней одна только Нюточка, которую пока еще нельзя было приткнуть ни к
какому «делу»,
кроме отворяния дверей приходящим.
Я ничего не имею
кроме моих эполет, которые не хочу покрывать позором: я не хочу, чтобы кто-либо мог указать на меня пальцем
как на несостоятельного игрока.
Для Лидиньки наступило время действительного «личного труда», о котором она всегда столь много хлопотала на словах; но этот личный труд, состоявший в переводах с французского, далеко не показался ей теперь вкусным, по той причине, что Лидинька ни к
какому труду,
кроме обильных словоизвержений, решительно не была способна.
— Это — не Рокамболь, а самозванство и вреднейшая чепуха. Это, знаете, самообман и заблуждение, так сказать, игра собою и
кроме как по морде — ничего не заслуживает. И, знаете, хорошо, что суд в такие штуки не вникает, а то бы — как судить? Игра, господи боже мой, и такая в этом скука, что — заплакать можно…
Неточные совпадения
— Да я не говорю об вас,
как будто,
кроме вас, никого нет.
Чичиков поблагодарил хозяйку, сказавши, что ему не нужно ничего, чтобы она не беспокоилась ни о чем, что,
кроме постели, он ничего не требует, и полюбопытствовал только знать, в
какие места заехал он и далеко ли отсюда пути к помещику Собакевичу, на что старуха сказала, что и не слыхивала такого имени и что такого помещика вовсе нет.
Сам же он во всю жизнь свою не ходил по другой улице,
кроме той, которая вела к месту его службы, где не было никаких публичных красивых зданий; не замечал никого из встречных, был ли он генерал или князь; в глаза не знал прихотей,
какие дразнят в столицах людей, падких на невоздержанье, и даже отроду не был в театре.
Кроме страсти к чтению, он имел еще два обыкновения, составлявшие две другие его характерические черты: спать не раздеваясь, так,
как есть, в том же сюртуке, и носить всегда с собою какой-то свой особенный воздух, своего собственного запаха, отзывавшийся несколько жилым покоем, так что достаточно было ему только пристроить где-нибудь свою кровать, хоть даже в необитаемой дотоле комнате, да перетащить туда шинель и пожитки, и уже казалось, что в этой комнате лет десять жили люди.
2) Оных упомянутых ревижских душ, пришлых, или прибылых, или,
как они неправильно изволили выразиться, умерших, нет налицо таковых, которые бы не были в залоге, ибо все в совокупности не только заложены без изъятия, но и перезаложены, с прибавкой по полутораста рублей на душу,
кроме небольшой деревни Гурмайловка, находящейся в спорном положении по случаю тяжбы с помещиком Предищевым, и потому ни в продажу, ни в залог поступить не может».