Поехать к ней, успокоить, обрадовать ее, быть таким с нею, как прежде, а
возможно ли это теперь быть таким, как прежде?
Осудить себя за чувство к Цезарине, задушить его, выгнать его вон из сердца, — но опять-таки
возможно ли это, когда это чувство, Бог весть как и когда, незаметно и невольно, но так могуче овладело им, когда из-за него он всю будущность, всю жизнь свою поставил уже на карту, когда бесповоротно сказано себе: «aut Caesar, aut nihil», когда наконец и теперь, после этой записки, после всех колючих укоров совести, после сознания своей неправоты, это проклятое чувство наперекор всему — и рассудку, и долгу, и совести, — вот так и взмывает его душу, как птицу в ясную высь, в неизвестную даль и все заглушает, все уничтожает собою.
Неточные совпадения
— Известно ровно настолько и так, как оно есть в действительности, — самым положительным образом заверил Свитка, — а почему известно, это, вот видите
ли, я вам объясню насколько
возможно. Кроме правительственной полиции, есть еще другая, которая, быть может, следит, в свою очередь, и за правительственною. Это, так сказать, полиция вне полиции.
— Ага! родственное чувство заговорило, — спокойно промолвил Базаров. — Я заметил: оно очень упорно держится в людях. От всего готов отказаться человек, со всяким предрассудком расстанется; но сознаться, что, например, брат, который чужие платки крадет, вор, — это свыше его сил. Да и в самом деле: мой брат, мой — и не гений…
возможно ли это?
Неточные совпадения
— И я рада, — слабо улыбаясь и стараясь по выражению лица Анны узнать, знает
ли она, сказала Долли. «Верно, знает», подумала она, заметив соболезнование на лице Анны. — Ну, пойдем, я тебя проведу в твою комнату, — продолжала она, стараясь отдалить сколько
возможно минуту объяснения.
Мысли о том, куда она поедет теперь, — к тетке
ли, у которой она воспитывалась, к Долли или просто одна за границу, и о том, что он делает теперь один в кабинете, окончательная
ли это ссора, или
возможно еще примирение, и о том, что теперь будут говорить про нее все ее петербургские бывшие знакомые, как посмотрит на это Алексей Александрович, и много других мыслей о том, что будет теперь, после разрыва, приходили ей в голову, но она не всею душой отдавалась этим мыслям.
Принц желал ничего не упустить такого, про что дома у него спросят, видел
ли он это в России; да и сам желал воспользоваться, сколько
возможно, русскими удовольствиями.
— Он говорил о том, о чем я сама хочу говорить, и мне легко быть его адвокатом: о том, нет
ли возможности и нельзя
ли… — Дарья Александровна запнулась, — исправить, улучшить твое положение… Ты знаешь, как я смотрю… Но всё-таки, если
возможно, надо выйти замуж…
Левин вдруг разгорячился при этих словах, потому что в глубине души он боялся, что это было правда, — правда то, что он хотел балансировать между коммунизмом и определенными формами и что это едва
ли было
возможно.