Время шло, начальство скакало, синие кучки шлялись, полиция, и явная и тайная, усердно наблюдала — первая наблюдала, занимая фронтовою вытяжкою свои посты, вторая — в различных образах шнырила тут и там, везде и нигде, принюхивалась, прислушивалась, старалась как-нибудь затесаться промеж синих кучек; и той и другой было здесь нынче количество изрядное, но… все-таки ничего не вспыхивало и ничего не начиналось…
Слетал Каблуков тихо-благородно. Рупь за колбасу, конечно, многовато… Полтинник подкинул, семь гривен сдачи себе отсчитал. Пошли дальше. Собачки ко следам их принюхиваются, воют. Растолкуй-ка им, в чем тут секрет… Камнями кое-как отогнали, — неудобно ж команде по такому делу со свитой идти.
Черный медведь долго принюхивался во все стороны и наконец проревел, как из бочки: «Здесь есть чужой дух!» В минуту все всполошилось: нечистые духи, ведьмы, колдуны, упыри, русалки — все бросились искать с зверскими, кровавыми глазами, с пеною бешенства на губах.
Заяц-беляк поднял свою мордочку и начал жадно принюхиваться к холодному воздуху, а семейство бурундуков выстроилось в ряд и радостно засвистело, приветствуя новый день.
Возможно, он тоже искал орехи, потому что, выйдя, медведь сразу стал принюхиваться, а потом двинулся в сторону поломанного дерева.
И если хочешь в этом разобраться, то нужно начать принюхиваться к запахам.
Заяц-беляк поднял свою мордочку и начал жадно принюхиваться к холодному воздуху, а семейство бурундуков выстроилось в ряд и радостно засвистело, приветствуя новый день.