— Чего тут нельзя!.. Вам нельзя взять, а мне нельзя дать — у каждого, значит, свои расчеты. А вы возьмите
половинку? пятьсот? ась? Пятьсот рубликов? Что вы на это скажете?
— Нет-с, сударь мой, теперича уж я вам не дам пятисот, а не угодно ли помириться на
половинке? — игриво предложил Верхохлебов.
— Вы видите, что эта бумажка оторвана зигзагом; ну, так вот другая ее
половинка отослана в Варшаву, вместе с вашей номинацией, а там уж она будет передана Палянице, и когда вы к нему явитесь и предъявите вашу половинку, то он сверит ее со своей, и это будет для него подтверждение, что вы действительно то самое лицо, на имя которого у них имеется номинация.