Неточные совпадения
— Да ведь я вас спрашиваю: вы были бы удобный муж? Ах, милый Потапыч, когда-нибудь… вы, конечно, тоже женитесь… Это очень трудная вещь, милый Потапыч, жениться. И
главное, не считайте, что все дело в том, чтобы вас обвели вокруг аналоя… Да, да… Конечно, вы это знаете?.. И не придаете никакого
значения пустому обряду?.. Ничего вы не знаете, милый Потапыч… Людям часто кажется, что они знают то, чего они совсем не знают… Ни себя, ни других, ни
значения того или другого обряда…
Все в доме усердно молились, но
главное значение молитвы полагалось не в сердечном просветлении, а в тех вещественных результатах, которые она, по общему корыстному убеждению, приносила за собой.
— Уж лучше за границу, — решил Егор Егорыч и дописал письмо, как продиктовала ему Сусанна Николаевна, которая, впрочем, потом сама прочла письмо, как бы желая удостовериться, не изменил ли чего-нибудь Егор Егорыч в
главном значении письма; однако там было написано только то, что она желала. Егор Егорыч, запечатав письмо, вручил его Сусанне Николаевне, сказав с прежней грустной усмешкой:
Таким образом, признавая за литературою
главное значение разъяснения жизненных явлений, мы требуем от нее одного качества, без которого в ней не может быть никаких достоинств, именно — правды.
Неточные совпадения
Кстати, напомню вам, что Якутская область, с первого января 1852 года, возвышена в своем
значении тем, что отделена от зависимости иркутского губернского начальства и управление ее вверено особому гражданскому губернатору. Впрочем, она, на положении других губерний, подчинена
главному управлению генерал-губернатора Восточной Сибири.
Но Маркс придавал универсальное
значение фактам, которые он наблюдал в капиталистических, классовых обществах XIX в.,
главным образом в Англии.
Нехлюдов стал слушать и старался понять
значение того, что происходило перед ним, но, так же как и в окружном суде,
главное затруднение для понимания состояло в том, что речь шла не о том, что естественно представлялось
главным, а о совершенно побочном.
Если признать, что действительно чувство, во всей его неопределенности, есть
главный или существенный орган религии, то это значило бы не только лишить религию принадлежащего ей центрального, суверенного
значения и поместить ее рядом и наравне с наукой, моралью, эстетикой, а в действительности даже и низке их, но, самое
главное, сделать религию слепой сентиментальностью, лишить ее слова, навязать ей адогматизм и алогизм.
1:23.], как
главная тема христианской проповеди, могла явиться только из полноты религиозного откровения, как «миф» в положительном
значении этого слова, и лишь в дальнейшем из этого зерна выросла система догматов учения церкви.