Но вместо аистов над поляной носились северные орлы с пронзительным криком молодого жеребенка, а в кринице, видимо, не было надобности: в нескольких десятках саженей за избушкой, тяжело отражая безоблачное небо, лежало небольшое озерко.
Оно было низкое, широкое, огромное, почерневшее, и с одной стороны его выкидывалась, как шея аиста, длинная узкая башня, на верху которой торчал кусок крыши.
Жила-была на свете лягушка-квакушка. Сидела она в болоте, ловила комаров да мошку, весною громко квакала вместе со своими подругами. И весь век она прожила бы благополучно — конечно, в том случае, если бы не съел ее аист. Но случилось одно происшествие.
Всем известно поверье о том, что именно аист приносит в дом младенца, то есть дарит счастье двум любящим людям, ибо ничто на свете не сравнится с радостью стать матерью и отцом.
Всем известно поверье о том, что именно аист приносит в дом младенца, то есть дарит счастье двум любящим людям, ибо ничто на свете не сравнится с радостью стать матерью и отцом.
Однажды поздним вечером в дальнем конце сада приземлилась пара белых аистов.
Большой удачей издавна считалось также и то, когда на крыше дома садился или вил гнездо аист.