Неточные совпадения
Город знал, что по его улицам в ненастной тьме дождливой ночи бродят люди, которым голодно и холодно, которые дрожат и мокнут;
понимая, что в сердцах этих людей должны рождаться жестокие чувства,
город насторожился и навстречу этим чувствам посылал свои угрозы.
— Неправда, неправда, — возразил Валек, — ты не
понимаешь. Тыбурций лучше знает. Он говорит, что судья — самый лучший человек в
городе и что
городу давно бы уже надо провалиться, если бы не твой отец, да еще поп, которого недавно посадили в монастырь, да еврейский раввин. Вот из-за них троих…
— Передай это… Тыбурцию… Скажи, что я покорнейше прошу его, —
понимаешь?.. покорнейше прошу — взять эти деньги… от тебя… Ты
понял?.. Да еще скажи, — добавил отец, как будто колеблясь, — скажи, что если он знает одного тут… Федоровича, то пусть скажет, что этому Федоровичу лучше уйти из нашего
города… Теперь ступай, мальчик, ступай скорее.
Неточные совпадения
Город был решительно взбунтован; все пришло в брожение, и хоть бы кто-нибудь мог что-либо
понять.
Что Ноздрев лгун отъявленный, это было известно всем, и вовсе не было в диковинку слышать от него решительную бессмыслицу; но смертный, право, трудно даже
понять, как устроен этот смертный: как бы ни была пошла новость, но лишь бы она была новость, он непременно сообщит ее другому смертному, хотя бы именно для того только, чтобы сказать: «Посмотрите, какую ложь распустили!» — а другой смертный с удовольствием преклонит ухо, хотя после скажет сам: «Да это совершенно пошлая ложь, не стоящая никакого внимания!» — и вслед за тем сей же час отправится искать третьего смертного, чтобы, рассказавши ему, после вместе с ним воскликнуть с благородным негодованием: «Какая пошлая ложь!» И это непременно обойдет весь
город, и все смертные, сколько их ни есть, наговорятся непременно досыта и потом признают, что это не стоит внимания и не достойно, чтобы о нем говорить.
— Нет, — перебила его графиня Лидия Ивановна. — Есть предел всему. Я
понимаю безнравственность, — не совсем искренно сказала она, так как она никогда не могла
понять того, что приводит женщин к безнравственности, — но я не
понимаю жестокости, к кому же? к вам! Как оставаться в том
городе, где вы? Нет, век живи, век учись. И я учусь
понимать вашу высоту и ее низость.
Ей казалось натурально и просто видеть сына, когда она будет в одном с ним
городе; но по приезде в Петербург ей вдруг представилось ясно ее теперешнее положение в обществе, и она
поняла, что устроить свидание было трудно.
— Весь
город об этом говорит, — сказала она. — Это невозможное положение. Она тает и тает. Он не
понимает, что она одна из тех женщин, которые не могут шутить своими чувствами. Одно из двух: или увези он ее, энергически поступи, или дай развод. А это душит ее.