Неточные совпадения
Матвей думал, что далее он увидит отряд войска. Но, когда пыль стала ближе и прозрачнее, он увидел, что за музыкой
идут — сначала рядами, а потом, как попало, в беспорядке — все такие же пиджаки, такие же мятые шляпы, такие же пыльные и полинялые фигуры. А впереди всей этой пестрой толпы, высоко над ее головами, плывет и колышется знамя, укрепленное на высокой платформе на колесах. Кругом знамени, точно
стража, с десяток людей двигались вместе с толпой…
— У всякого человека есть намерения, Джон, — сказал Дикинсон с улыбкой сожаления к наивности дэбльтоунского
стража. — Поверьте мне, у всякого человека непременно есть какие-нибудь намерения. Если я, например,
иду в булочную, — значит, я намерен купить белого хлеба, это ясно, Джон. Если я ложусь в постель, — очевидно, я намерен заснуть. Не так ли?
Неточные совпадения
Но сколь ни жестоки они были, воображение, что я буду под
стражею, столь ее тревожило, что она только и твердила: — И я
пойду с тобою.
Но с ним Фарлаф, чуждаясь
славы, // Вдали от вражеских мечей, // В душе презрев тревоги стана, // Стоял на
страже у дверей.
Теперь один старик седой, // Развалин
страж полуживой, // Людьми и смертию забыт, // Сметает пыль с могильных плит, // Которых надпись говорит // О
славе прошлой — и о том, // Как удручен своим венцом, // Такой-то царь, в такой-то год, // Вручал России свой народ.
В свете ж вот какое чудо: // Остров на море лежит, // Град на острове стоит, // Каждый день
идет там диво: // Море вздуется бурливо, // Закипит, подымет вой, // Хлынет на берег пустой, // Расплеснется в скором беге — // И останутся на бреге // Тридцать три богатыря, // В чешуе златой горя, // Все красавцы молодые, // Великаны удалые, // Все равны, как на подбор; // Старый дядька Черномор // С ними из моря выходит // И попарно их выводит, // Чтобы остров тот хранить // И дозором обходить — // И той
стражи нет надежней, // Ни храбрее, ни прилежней.
Тридцать лет среди благословения мира и громов войны, в законодательстве и суде, в деле внутреннего образования и внешнего возвеличения России, везде и всегда император Николай I был на
страже ее чести и
славы, ее отцом, а вместе, первым и преданнейшим из ее сынов.