Гостеприимный хозяин, оставя его, принялся снова за меня. Предложил мне роскошный обед; чего только там не было! И все это приправлено такими ласками, такими убеждениями! Поминутно спрашивает, не прикажу ли того, другого? Я то и дело, что соглашаюсь;
совещусь, чтоб отказом не огорчить его усердия.
В критику им я своего старого пуделя прозвал «папаша», что же? — эти щенята, то есть внуки мои, не
совестятся горланить:"папаша, папаша!