«Пан Халявский» (Квитка-Основьяненко Г. Ф., 1840) по всей классике
Тут маменька, увидевши, что уже это не шутка, поскорее снарядили бабусю с большим запасом всякой провизии и отправили ко мне, чтобы кормила меня, берегла, как глаза, и везде по походах не отставала от меня. Так куда! командирство и слышать не захотели. Его благородие, господин капитан, приказал бабусю со всем добром из селения выгнать; а о том и не подумал, что я даже исчах без привычной домашней пищи! Но это еще не то большое несчастье, о котором хочу рассказать.
Честью уверяю вас, что этого правила мне ни маменька, ни батенька, ей домине Галушкинский, ни в училищах, ни те господа капралы, что учили меня выступать с левой ноги, ни одно их благородие и даже высокоблагородие, — никто мне не внушал; а, видно, благодетельная натура вперила мне эти правила, которые, право, недурны и неубыточны.
Кроме того, что много было в полку отличных красивых молодцов, разумеется, из их благородий, — наши братья — сержанты, капралы и прочие господа в порядочный счет не идут, — ко главное, что все они защитники наши и отечества; как же прекрасному полу не иметь к ним аттенции?
БЛАГОРО́ДИЕ, -я, ср. В дореволюционной России: титулование, присвоенное офицерам и чиновникам от четырнадцатого до девятого класса (включительно) по табели о рангах (употреблялось с местоимениями ваше, его, их). (Малый академический словарь, МАС)
БЛАГОРО́ДИЕ, -я, ср. В дореволюционной России: титулование, присвоенное офицерам и чиновникам от четырнадцатого до девятого класса (включительно) по табели о рангах (употреблялось с местоимениями ваше, его, их).