Неточные совпадения
Почерк — мой. И дальше — тот же самый почерк, но — к
счастью, только почерк. Никакого бреда, никаких нелепых метафор, никаких чувств: только факты. Потому что я здоров, я совершенно, абсолютно здоров. Я улыбаюсь — я не могу не улыбаться: из головы вытащили какую-то занозу, в голове легко, пусто. Точнее: не пусто, но нет ничего постороннего, мешающего улыбаться (
улыбка — есть нормальное состояние нормального человека).
— Хорошо, хорошо, поскорей, пожалуйста, — отвечал Левин, с трудом удерживая
улыбку счастья, выступавшую невольно на его лице. «Да, — думал он, — вот это жизнь, вот это счастье! Вместе, сказала она, давайте кататься вместе. Сказать ей теперь? Но ведь я оттого и боюсь сказать, что теперь я счастлив, счастлив хоть надеждой… А тогда?… Но надо же! надо, надо! Прочь слабость!»
И теперь часто, в глухую полночь, я просыпался, полный любви, которая теснилась в груди, переполняя детское сердце, — просыпался с
улыбкой счастия, в блаженном неведении, навеянном розовыми снами детства.
Прелестное заплаканное личико, озаренное
улыбкой счастья, более красноречивой, нежели всякое согласие, выраженное словами, приблизилось к его лицу.
Я хотел бы вырвать ее из ужаса, в котором она терзалась, унести на своих руках куда-нибудь далеко, убаюкать ее на своей груди, чтобы она могла забыться, оживить это убитое лицо
улыбкой счастья…
Неточные совпадения
Дождь ли пойдет — какой благотворный летний дождь! Хлынет бойко, обильно, весело запрыгает, точно крупные и жаркие слезы внезапно обрадованного человека; а только перестанет — солнце уже опять с ясной
улыбкой любви осматривает и сушит поля и пригорки; и вся страна опять улыбается
счастьем в ответ солнцу.
Ух, каким
счастьем вдруг пахнуло на него, когда Ольга немного приподняла завесу обольстительной дали, прикрытой, как цветами,
улыбками!
Было нечистое что-то в позе Васеньки, в его взгляде, в его
улыбке. Левин видел даже что-то нечистое и в позе и во взгляде Кити. И опять свет померк в его глазах. Опять, как вчера, вдруг, без малейшего перехода, он почувствовал себя сброшенным с высота
счастья, спокойствия, достоинства в бездну отчаяния, злобы и унижения. Опять все и всё стали противны ему.
Вся душа его была переполнена воспоминанием о Кити, и в глазах его светилась
улыбка торжества и
счастия.
Она счастлива, делает
счастье другого человека и не забита, как я, а верно так же, как всегда, свежа, умна, открыта ко всему», думала Дарья Александровна, и плутовская
улыбка морщила ее губы, в особенности потому, что, думая о романе Анны, параллельно с ним Дарья Александровна воображала себе свой почти такой же роман с воображаемым собирательным мужчиной, который был влюблен в нее.