Неточные совпадения
Всякий, кто чувствует себя в
силах, обязан составлять трактаты, поэмы, манифесты, оды или иные сочинения о красоте и величии Единого
Государства.
Я, Д-503, строитель «Интеграла», — я только один из математиков Единого
Государства. Мое привычное к цифрам перо не в
силах создать музыки ассонансов и рифм. Я лишь попытаюсь записать то, что вижу, что думаю — точнее, что мы думаем (именно так: мы, и пусть это «МЫ» будет заглавием моих записей). Но ведь это будет производная от нашей жизни, от математически совершенной жизни Единого
Государства, а если так, то разве это не будет само по себе, помимо моей воли, поэмой? Будет — верю и знаю.
Вот и сегодня. Ровно в 16.10 — я стоял перед сверкающей стеклянной стеной. Надо мной — золотое, солнечное, чистое сияние букв на вывеске Бюро. В глубине сквозь стекла длинная очередь голубоватых юниф. Как лампады в древней церкви, теплятся лица: они пришли, чтобы совершить подвиг, они пришли, чтобы предать на алтарь Единого
Государства своих любимых, друзей — себя. А я — я рвался к ним, с ними. И не могу: ноги глубоко впаяны в стеклянные плиты — я стоял, смотрел тупо, не в
силах двинуться с места…
Крутой вихрь твоего полета, преносяся чрез твою область, затаскивает в вертение свое жителей ее и, влача
силу государства во своем стремлении, за собою оставляет пустыню и мертвое пространство.
Многочисленные и трудные занятия по управлению обширным краем и военными
силами государства не препятствовали Григорию Александровичу следить, кроме того, за ходом европейской политики.
Неточные совпадения
Мы же, устремляя все
силы наши на пользу всех и каждого, почто нам блеск внешности? не полезностию ли наших постановлений, ко благу
государства текущею, облистает наше лицо?
Дворецкой мой, конюший и даже конюх и кучер, повар, крайчий, птицелов с подчиненными ему охотниками, горничные мои прислужники, тот, кто меня бреет, тот, кто чешет власы главы моея, тот, кто пыль и грязь отирает с обуви моей, о многих других не упоминая, равняются или председают служащим отечеству
силами своими душевными и телесными, не щадя ради отечества ни здравия своего, ни крови, возлюбляя даже смерть ради славы
государства.
Блаженство гражданское в различных видах представиться может. Блаженно
государство, говорят, если в нем царствует тишина и устройство. Блаженно кажется, когда нивы в нем не пустеют и во градех гордые воздымаются здания. Блаженно, называют его, когда далеко простирает власть оружия своего и властвует оно вне себя не токмо
силою своею, но и словом своим над мнением других. Но все сии блаженства можно назвать внешними, мгновенными, преходящими, частными и мысленными.
— Окруженная стихией зоологических инстинктов народа, интеллигенция должна вырабатывать не политические теории, которые никогда и ничего не изменяли и не могут изменить, а психическую
силу, которая могла бы регулировать сопротивление вполне естественного анархизма народных масс дисциплине
государства.
О народе усердно беспокоились, все спрашивали его: «Ты проснешься ль, исполненный
сил?» И вот он проснулся, как мы того желали, и нанес
государству огромнейшие убытки, вдребезг, в прах и пепел разорив культурнейшие помещичьи хозяйства.